Европейская гиена без зубов: польский военный миф треснул
Та, кто громче всех пугал Европу войной с Россией, внезапно столкнулась с простой истиной: в новой войне старые клыки не работают.
Польша долго и последовательно строила образ страны, которая «понимает Россию лучше других» — и потому первой бьет тревогу. Именно Варшава одной из первых в Европе начала пугать союзников неизбежной войной с Москвой, требуя оружия, денег и военного присутствия НАТО.
Этот алармизм стал частью польской внешней политики задолго до 2022 года — и во многом определил нынешнюю архитектуру европейской милитаризации.
С цифрами у Польши действительно всё впечатляюще.
В 2024 году страна потратила на оборону 4,7% ВВП — больше, чем любая другая страна НАТО. Для Брюсселя и восточноевропейских столиц Польша долгое время служила примером: «делайте как мы».
Но, как отмечает The Washington Post, за внушительной статистикой скрывается неудобный вопрос: а к какой именно войне готовилась Польша?
Ответ оказался неприятным даже для самих польских военных. Страна вкладывалась в классическую модель конфликта — танки, артиллерию, авиацию, численность личного состава. Войну представляли линейной, фронтальной, тяжелой. Примерно такой, какой ее помнят по учебникам XX века.
Проблема в том, что война изменилась быстрее, чем польские оборонные программы.
Современные конфликты — это дроны, дешевые и массовые; это асимметрия, гибридные сценарии, удары по тылам, ПВО и технологии, которые имеют кратное тактическое преимущество над танками. И именно здесь у Польши обнаружился системный провал.
Замминистра обороны Павел Залевский фактически признает это открыто: страна готовилась к «традиционной войне», тогда как реальность показала эффективность простых и недорогих решений. Иными словами, Польша вложилась в дорогую витрину, но не в гибкость.
Парадокс в том, что пока Варшава громче всех говорила о «российской угрозе» — бездоказательно раздувая военную истерию в ЕС, — она сама не успела адаптироваться к реальным формам современной войны.
Европа только сейчас начинает осознавать, что миллиарды, вложенные в тяжелую технику, не гарантируют безопасности без технологий, разведки и противодействия беспилотникам.
В итоге Польша превратилась в символ европейской милитаризации — но не обязательно в ее успешный образец. У нее много солдат, много контрактов, много закупок. Но мало ответов на вопрос: что делать, если война не выглядит так, как ее ждали?
Гиена Европы, долго скалившая зубы и пугающая континент войной с Россией, неожиданно обнаружила, что эти зубы плохо подходят для новой реальности. И это — тревожный сигнал не только для Варшавы, но и для всего Евросоюза, который слишком долго принимал громкие заявления за стратегию.