Всё началось с «Атомных городов»: бежать Усольцевым помог партнёр по бизнесу?

Загадочное исчезновение в красноярской тайге семьи Усольцевых волнует умы любителей таинственных историй с прошлой осени. Всё глубже погружаясь в жизнь этой, казалось бы, ординарной семьи, понимаешь: «Когда я думал, что достиг дна, снизу постучали»

На экскурсию без попутчиков

28 сентября Сергей и Ирина Усольцевы вместе с пятилетней дочерью Ариной отправились в однодневный поход в урочище Буратинка. Прошло несколько дней, пока близкие не забили тревогу.

1 октября началась поисковая операция. 12 октября её свернули — температура упала до минус 20, началась метель.

К этому времени с помощью вертолетов и дронов было обследовано 7400 километров. Но Усольцевых, ушедших в тайгу легко одетыми, и след простыл.

Директор местной турбазы Евгений Кудряшов рассказывал, что глава семейства настаивал на том, чтобы отправиться в поход втроём, без попутчиков.

Поиски пропавших планировалось возобновить этой весной, но 30 и 31 января этого года территорию вокруг деревни Кутурчин Партизанского района (Красноярский край) начали прочесывать краевые спасатели.

В цветах британского флага

14 ноября 2025-го года — неминуемое наступление этого дня не могло радовать 64-летнего Сергея Усольцева. В этот день принадлежащий ему завод «Поливест-Железногорск» должен был погасить крупный займ.

Бизнеса могло бы и не быть. Если б не западные партнёры. Началось всё еще в нулевые, когда экономист Усольцев, работавший до этого на железногорском горно-химическом заводе, возглавил структуру, распределявшую западные гранты на развитие малого бизнеса в Железногорске.

Тогда на Западе были одержимы «помощью» жителям закрытых административно-территориальных образований. Едва ли это можно объяснить одним человеколюбием, но у нас то ли закрывали глаза на то, что люди из ЗАТО могут общаться с иностранцами, то ли не думали о последствиях.

В 2005-м году Железногорск участвовал в программе «Атомные города», на которую Великобритания к тому моменту выделила два миллиона фунтов.

Программа предполагала создание рабочих мест для тех, кто трудился на оборонных производствах, связанных с атомной энергетикой. Планировалось осчастливить валютой 10 закрытых административно-территориальных образований. На 2005 год программа шла в Озерске, Новоуральске, Сарове, Северске, Снежинске и Железногорске.

В Железногорске рассчитывали, что и в 2006-м ЗАТО останется в числе её участников. Тем более, что общий бюджет программы «Атомные города» вырос до 7 млн долларов, а совместную программу департамента энергетики США и Росатома под названием «Инициатива атомных городов» планировалось свернуть.

Железногорским предприятиям-участникам программы сулили сотни тысяч долларов, но надо было выполнить условие: не меньше половины работников предприятия, получавшего грант, должны были быть бывшими сотрудниками железногорского горно-химического завода, выпускавшего с 50-х годов прошлого века плутоний для оборонки.

И вот тут под маской филантропии и помощи людям вполне могли скрываться интересы иностранных разведок. Участники этой программы могли ездить за рубеж, знакомясь с западным опытом адаптации жителей моногородов. Знакомился с ним и Усольцев.

ЗАТО денег не надо

Завод «Поливест-Железногорск» появился в ЗАТО как раз во время действия программы. Учредителями были Усольцев и еще несколько коммерсантов.

Однако спустя годы объем западной помощи становился всё меньше. Потом и вовсе иссяк. Пытаясь найти деньги, Усольцев раздавал интервью, в которых жаловался на сложности малого бизнеса.

Предпринимателя услышали краевые чиновники. Заводу дали займы с условием обязательного возврата. В аудиторских отчётах зафиксировано шесть траншей.

В 2020-м на заводе объявили о революционном прорыве — разработке нановолокна оксида алюминия, на основе которого в 2023-м начался выпуск краски. Анонсировался выход на рынки Казахстана, Узбекистана и Киргизии.

Но в 2025 году всё затихло. Близилось 14 ноября. К этому времени Усольцевых искали уже второй месяц.

Но провести проверку аудиторам это не помешало: в последние два года у завода была нулевая выручка, и никакого оборудования и материалов.

Из каких денег возвращать займ? Намеревался ли это кто-то делать? Куда делось оборудование и кому оно принадлежит теперь? Ответить на эти вопросы мог бы Усольцев.

Хитрая схема побега

В таком случае версия о побеге, которую выдвинул сибирского независимый журналист Александр Андрюшенков обретает смысл.

Звенья складываются в цепочку: пора возвращать займ — денег нет (или нет желания отдавать заёмные средства) — пора бы и исчезнуть.

В свое время директор турбазы Кудряшова, комментируя пропажу Усольцевых, обмолвился: неподалёку от зон отдыха есть дорога в сторону Монголии. Начало своё она берёт через 10 километров от села Кутурчин. Там нет никаких постов ГИБДД и камер. Добраться по ней до Монголии можно часов за 12.

Дойти туда можно так: пойти по туристической тропе, затем через лес выйти к дороге. Там семью вполне могла ждать машина, которая и подбросила бы всех до границы.

И искать того, кто мог оказать такую услугу Усольцевым не надо. До 2017-го года одним из соучредителей завода «Поливест» был человек, управляющий ныне фирмой, производящей продукцию из алюминия. Она поставляет свои материалы в Казахстан, а еще в …Монголию. Вот так, гремя на ухабах с алюминием, можно было уехать и не загреметь под суд.

Занятный факт: первой забеспокоилась помощница Усольцевой, или лишь, когда она подняла шум, сын Усольцевой от первого брака заинтересовался пропажей матери. Двух дней, пока их не хватились, Усольцевым было бы достаточно, чтобы добраться до Монголии.