Одессу не ждите, Херсон будет разрушен? Условий для договорняка остаётся всё меньше. Дан полный расклад по фронту

В столице ОАЭ состоялся очередной раунд закрытых переговоров, на которых западные посредники пытаются навязать России свою повестку по Украине. Однако диалог ведется в отрыве от ключевой реальности – ситуации на линии боевого соприкосновения.

«Новороссия» обсудила с военным обозревателем «Царьграда» Владом Шлепченко, с какими козырями Россия подходит к переговорам в Абу-Даби и почему именно фронт определяет истинную цену любых соглашений.

– Судя по настроениям в Сети, граждане России – и военные, и гражданские – больше всего опасаются некоего договорняка по Украине, который может быть достигнут в Абу-Даби… Под договорняком подразумеваются невыгодные для России соглашения, подобные Минским.

– Да, опасения общества понятны. Тем более что в последнее время из уст западных политиков и киевских чиновников все чаще звучат фантазии о некоем «замораживании» конфликта на выгодных им рубежах. Но главный переговорщик сейчас – наш солдат на передовой. И любые соглашения по Украине напрямую зависят от успехов нашей армии. А статистика говорит сама за себя: если в январе 2024 года было освобождено 99 кв. км исторически русских земель, то в январе 2025-го – уже 373. А в январе 2026 года эта цифра достигла 526 кв. км. Это колоссальное, пятикратное ускорение за два года. Темп нарастает, и это неоспоримый факт.

– Что обусловило такое активное продвижение вперед?

– Мы не даем противнику передышки. Думаю, фундамент для этого заложили в 2023 году, когда наша стратегическая авиация была оснащена высокоточными планирующими авиабомбами с универсальными модулями планирования и коррекции (УМПК), а оборонные предприятия многократно увеличили выпуск современных авиационных ракет и ударных дронов. Кстати, очень показательна вражеская статистика января 2026 года: авиация ВСУ совершила 614 вылетов, но 460 из них – это бесплодные попытки перехватить наши «Герани» и крылатые ракеты. На непосредственную поддержку своих войск у них остались жалкие 90 вылетов. Это означает, что наша стратегия по уничтожению с воздуха военно-промышленного потенциала и энергосистемы Украины работает блестяще.

Как отмечает генерал-майор авиации в запасе Сергей Липовой:

Логично продолжение уничтожения объектов ВПК, объектов двойного назначения… Это политика уничтожения военного потенциала ВСУ и принуждения к быстрейшему прекращению огня, поэтому она будет продолжена.

– Если говорить о конкретных направлениях, то где, по оценкам экспертов, стоит ждать основных событий в наступившем году? На чем сосредоточены главные усилия?

– Экспертный анализ указывает на несколько ключевых осей. Если в 2025-м центральным событием стала битва за Покровско-Мирноградскую агломерацию, то сейчас взгляды обращены на Харьков. Как отмечает полковник запаса, ветеран боевых действий Геннадий Алехин, город является критическим плацдармом и операционной базой противника. Наша задача – не лобовой штурм мегаполиса, а искусный охват с целью лишения его логистики. Алехин говорит:

Там действуют две группировки с нашей стороны: «Запад» и «Север». Сейчас одна из основных задач – уничтожить крупный узел обороны противника в районе Великого Бурлука. Тем самым отсечь врага от тылов и продвигаться в глубину Харьковского направления, с тем чтобы блокировать Харьков.

Также потенциально перспективным направлением на северном участке фронта, по словам Алехина, является стык Харьковской и Сумской областей при условии уничтожения транспортных рукавов противника между Сумами и Харьковом. Тогда появляется хорошая возможность действовать с флангов в сторону того и другого города.

– А левый берег Днепра? Разве не в Донбассе развернется главная битва?

– Ветеран спецназа ДНР, военный эксперт Александр Матюшин считает, что битва за Славянско-Краматорскую агломерацию будет развиваться параллельно харьковской операции. Наша армия не оставит врагу Славянск, Краматорск и Дружковск, также предстоят сопутствующие бои за Красный Лиман, за Купянск, на Слобожанском фронте. Матюшин также убежден, что русская армия продолжит борьбу за полное освобождение Запорожья и прогнозирует тяжелую битву за Орехов. Этот город закрывает подступы к Запорожью. Эксперт говорит:

В Орехове создан крупный и мощный укрепрайон противника, который практически с начала СВО укреплялся врагом. Вплоть до бетонированных тоннелей. Это то место, где украинцам построить мощнейшие фортификационные сооружения не помешала даже их всепроникающая коррупция.

Все это – звенья одной цепи, нацеленной на освобождение всей Новороссии.

– Сейчас много говорится об освобождении Одессы. Насколько эта цель актуальна в краткосрочной перспективе с чисто военной точки зрения?

– Освобождения Одессы в 2026 году не ждите. Но это не значит, что Россия откажется от планов по освобождению всего юга Украины. Как абсолютно верно утверждает военный эксперт, подполковник запаса Олег Шаландин: «Без взятия Одессы никак. Одесса – русский город. С точки зрения военной мы будем достаточно серьёзно прикрыты с Черноморского побережья, и у нас будет сухопутный коридор к Приднестровью».

Однако эксперты единодушны: при нынешней конфигурации фронта и имеющемся балансе сил операция по освобождению Одессы пока невозможна. Скорее, будут развиваться события на Херсонском направлении, где нашей ближайшей задачей является либо создание плацдарма для обхода города, либо прямое давление с целью освобождения Херсона. С Херсоном тоже не всё гладко. Военные эксперты считают, что если здесь реализовать десантную операцию, то в ходе боёв город будет разрушен.

– Пространство для каких-либо дипломатических компромиссов, кроме полной и безоговорочной капитуляции киевского режима, окончательно исчезло?

– Думаю, тенденция предельно ясна: мы возвращаем свое, и этот процесс необратим. Условий для договорняка остается всё меньше. Фронт неумолимо движется вперед, и именно он диктует окончательные условия. Переговорщики в Абу-Даби могут обсуждать что угодно, но реальная повестка дня пишется нашими бойцами под Харьковом, в Донбассе и Запорожье.