Мир дорожает: инфляция в ОЭСР подскочила до 4% из‑за нефтяного шока

Годовая инфляция в странах ОЭСР выросла в марте 2026 г. до 4,0% — данные и причины

Организация экономического сотрудничества и развития опубликовала свежие цифры: в марте годовая инфляция по всем странам ОЭСР разогналась до 4 процентов. В феврале было 3,4%. Рост почти на треть за месяц — серьёзный сигнал для глобальной экономики. Главный виновник — энергоносители. Они подорожали на 8,1% в годовом выражении. И это не предел.

Продовольствие, наоборот, немного подешевело в динамике: с 4% в феврале до 3,6% в марте. Базовая инфляция (без еды и топлива) застыла на отметке 3,7%. То есть рост цен идёт не за счёт всего подряд, а за счёт конкретного фактора — энергетического кризиса. И этот фактор бьёт по всем.

Почему так вышло? Всё дело в Ближнем Востоке. Конфликт перекрыл один из главных нефтяных каналов планеты — Ормузский пролив. Через него проходит почти треть всей морской нефти. Как только пошли перебои с поставками, рынок лихорадит. К концу марта цена нефти Brent подскочила почти на 80% по сравнению с концом февраля. Цифра не просто большая — она аномальная.

За мартовским ускорением инфляции в первую очередь стоял рост цен на энергоносители: годовой прирост достиг 8,1%.

Высокие цены на нефть и газ тянут за собой всё остальное. Компании платят больше за производство, перевозку и хранение товаров. Эти затраты они перекладывают на покупателя. Спрос пока держится, поэтому розничные цены ползут вверх. Особенно чувствительны рынки стран, которые зависят от импорта энергоресурсов.

Центральные банки стран ОЭСР сейчас в сложном положении. Им нужно сдерживать инфляцию, но дальнейшее повышение ставок может задушить экономический рост. Они будут особенно внимательно следить за инфляционными ожиданиями и динамикой базовой инфляции. Если компании и потребители начнут ждать, что цены будут расти и дальше, ситуация может выйти из‑под контроля.

Финансовые рынки тоже реагируют. Дорогие энергоносители повышают неопределённость. Инвесторы закладывают более высокую премию за риск. Кредиты для бизнеса дорожают, а возможности привлекать средства на инвестиции сокращаются. Это тормозит и без того не бурный рост.

Правительства стран ОЭСР не сидят сложа руки. Они уже вводят меры поддержки: снижают налоги и акцизы на топливо, дают субсидии, ограничивают розничные цены. В краткосрочной перспективе это облегчает жизнь домохозяйствам. Но есть и обратная сторона: бюджетные расходы растут, а стимулы к экономии энергии падают. Если тянуть с поддержкой слишком долго, снизить инфляцию станет ещё сложнее.

Ключевой вопрос сейчас — будут ли вторичные эффекты. Подорожание энергоносителей уже начало разгонять зарплаты: люди требуют компенсаций за рост цен. Если этот процесс станет массовым, инфляция закрепится на высоком уровне надолго. Тогда никакие разовые меры не помогут — понадобится жёсткая денежно-кредитная политика.

Дальнейшая динамика инфляции будет во многом зависеть от ситуации вокруг Ормузского пролива. При нормализации поставок давление со стороны энергоносителей должно ослабнуть.

Но даже если пролив разблокируют, быстрого возврата к целевым показателям ждать не стоит. Высокие цены на энергоносители уже встроились в издержки компаний и розничные цены. Потребуется время, чтобы эта волна схлынула.

Автор статьи, кандидат экономических наук, доцент кафедры мировой экономики и мировых финансов Финансового университета при Правительстве РФ Дмитрий Сахаров, подчёркивает: устойчивое ускорение инфляции формируется при одновременном действии нескольких факторов. Денежно-кредитные условия, бюджетная политика, соотношение спроса и предложения — всё играет роль.

Пока мир замер в ожидании. Каждый новый виток напряжённости на Ближнем Востоке может снова подбросить цены на нефть, а значит, и инфляцию. Страны ОЭСР вынуждены лавировать между поддержкой экономики и борьбой с ростом цен. Идеального решения нет — есть только выбор меньшего из зол.