Американский финансовый левиафан мешает реиндустриализации 4: фактор Мирана

data-testid=»article-title» class=»content—article-header__title-3r content—article-header__withIcons-1h content—article-item-content__title-eZ content—article-item-content__unlimited-3J» itemProp=»headline»>Американский финансовый левиафан мешает реиндустриализации 4: фактор МиранаВчераВчера27 минАмериканский финансовый рынок – это черная дыра спекулятивного капитала, которая пожирает почти весь многотриллионный ежегодный приток капитала в США, мешающая осуществить столь насущную реиндустриализацию Америки. Решить эту проблему пытается новый глава Совета экономических консультантов при Президенте США Стивен Миран. Молодой человек Стивен Миран, назначенный Д.Трампом в 2025 году на высокий пост главы Совета экономических консультантов (СЭК) при Президенте США, не имеет никаких корней в академическом мире, кроме диплома доктора экономики от Гарварда. Он получил свой практический бэкграунд в инвестиционных компаниях и пришел на пост председателя СЭК с должности главного стратега хедж-фонда Hudson Bay Capital Management. Председатели СЭК обычно — это либо престижные имена, выбранные из ведущих университетов (Бен Бернанке, Джейсон Фурман, Остан Гулсби), либо давние вашингтонские функционеры (Джаред Бернстайн), либо и то, и другое. Миран не соответствует ни одному из этих критериев. ПАмериканский финансовый рынок – это черная дыра спекулятивного капитала, которая пожирает почти весь многотриллионный ежегодный приток капитала в США, мешающая осуществить столь насущную реиндустриализацию Америки. Решить эту проблему пытается новый глава Совета экономических консультантов при Президенте США Стивен Миран. Молодой человек Стивен Миран, назначенный Д.Трампом в 2025 году на высокий пост главы Совета экономических консультантов (СЭК) при Президенте США, не имеет никаких корней в академическом мире, кроме диплома доктора экономики от Гарварда. Он получил свой практический бэкграунд в инвестиционных компаниях и пришел на пост председателя СЭК с должности главного стратега хедж-фонда Hudson Bay Capital Management. Председатели СЭК обычно — это либо престижные имена, выбранные из ведущих университетов (Бен Бернанке, Джейсон Фурман, Остан Гулсби), либо давние вашингтонские функционеры (Джаред Бернстайн), либо и то, и другое. Миран не соответствует ни одному из этих критериев. П…Читать далее Американский финансовый левиафан мешает реиндустриализации 4: фактор Мирана Американский финансовый левиафан мешает реиндустриализации 4: фактор Мирана

Американский финансовый рынок – это черная дыра спекулятивного капитала, которая пожирает почти весь многотриллионный ежегодный приток капитала в США, мешающая осуществить столь насущную реиндустриализацию Америки. Решить эту проблему пытается новый глава Совета экономических консультантов при Президенте США Стивен Миран.

Молодой человек Стивен Миран, назначенный Д.Трампом в 2025 году на высокий пост главы Совета экономических консультантов (СЭК) при Президенте США, не имеет никаких корней в академическом мире, кроме диплома доктора экономики от Гарварда. Он получил свой практический бэкграунд в инвестиционных компаниях и пришел на пост председателя СЭК с должности главного стратега хедж-фонда Hudson Bay Capital Management. Председатели СЭК обычно — это либо престижные имена, выбранные из ведущих университетов (Бен Бернанке, Джейсон Фурман, Остан Гулсби), либо давние вашингтонские функционеры (Джаред Бернстайн), либо и то, и другое. Миран не соответствует ни одному из этих критериев.

Поэтому Миран, не имеющий никаких оков академизма, беспредельно радикален в своих советах Президенту, оправдывая гиперпротекционизм Трампа как инструмент сокращения торгового дефицита, и призывая к стимулированию девальвации завышенного доллара для компенсации потерь США от «нечестной» конкуренции с торговыми партнерами.

Миран предложил принципиально иную по сравнению с байденомикой модель промышленной политики в докладе «Хрупкая и прочная реиндустриализация» Miran Stephen. Brittle Versus Robust Reindustrialization. Report. Manhattan Institute. February 2024. (accessed on July 24, 2025).. Признавая важность реиндустриализации и активных действий государства, он раскритиковал подход администрации Байдена, включающий щедрые субсидии политически благоприятным секторам экономики, спрос на которые при рыночных ценах будет невелик, а также контрпродуктивные стимулы профсоюзному движению и особые экологические ограничения. Это в лучшем случае приведет к «хрупкой» форме реиндустриализации, которая оставит США уязвимыми к второй волны деиндустриализации, как только субсидии неизбежно прекратятся.

Чтобы добиться устойчивой (прочной) реиндустриализации, он предлагает, во-первых, проводить агрессивные реформы в сфере предложения – дерегулирование для снижения издержек производства; во-вторых, инвестировать в научно-техническое образование для подготовки кадров, способных ускорить реиндустриализацию. В-третьих, увеличить расходы на закупки оборонной продукции и технологий. Военные, как он считает, лучше справятся с извечной проблемой промышленной политики — определением победителей и проигравших, чем политические активисты и бюрократы в гражданских сферах. Промышленная политика, ориентированная на оборону, создаёт особенно сильные положительные экономические эффекты в виде технологического прогресса, исследований и разработок, а также инвестиций; кроме того, она имеет «двойное назначение»: она одновременно стимулирует усилия по обеспечению национальной безопасности и реиндустриализации.

А в своей речи в Институте Хадсона CEA Chairman Steve Miran Hudson Institute Event Remarks. The White House. April 7, 2025 (accessed on July 24, 2025). он расширил теоретическую базу под торговым протекционизмом, апеллируя к вводимому концепту глобальных общественных благ, производимых США для всего мира. Данная позиция носит абсолютно радикальный контрлиберальный характер, переосмысливая в формате стратегической конкуренции прежние устои неоклассической экономикс, поэтому стоит остановиться на ней подробнее.

Глобальными общественными благами, с точки зрения Мирана бессовестно потребляемыми всем миром, являются, во-первых, зонтик безопасности, создавший величайшую эру мира, которую когда-либо знало человечество; во-вторых, доллары и казначейские ценные бумаги, резервные активы, которые делают возможной глобальную торговую и финансовую систему, поддерживающую эту величайшую эру процветания. Глобальная военная и долларовая инфраструктуры взаимосвязаны. Но бремя поддержания доллара как глобального блага, производимого только Америкой, но потребляемого всем миром, приносит США огромные издержки и неудобства, которыми пользуются злонамеренные конкуренты. Высокий спрос на доллары в мире повышает его курс и тем самым, сдерживает американское производство и экспорт, в то время как другие страны процветают, торгую между собой в безопасных долларах.

Существуют и другие неприятные побочные эффекты предоставления доллара как резервного актива. Другие страны могут покупать американские финансовые активы, чтобы манипулировать своей валютой. Они вливают в экономику США столько денег, что это подпитывает экономическую уязвимость и кризисы. Например, в годы, предшествовавшие краху 2008 года, Китай, наряду со многими иностранными финансовыми институтами, увеличивал свои вложения в ипотечные кредиты США, что способствовало раздуванию пузыря на рынке жилья. Тем самым, Китай обвинен Мираном и в возникновении мирового финансового кризиса 2008 года, помимо его «нечестного» превращения в промышленного гиганта.

Миран предлагает восстановить справедливость за счет распределения бремени финансирования глобальных общественных благ по всем странам мира. Он видит несколько способов:

Во-первых, другие страны могут без ответных мер принять пошлины на свой экспорт в США, обеспечивая поступления в Казначейство США для финансирования предоставления общественных благ.

Во-вторых, страны могут положить конец своей несправедливой и вредоносной торговой практике, открыв свои рынки и увеличив закупки в Америке;

В-третьих, они могут увеличить расходы на оборону и закупки военной продукции в США, снимая нагрузку с американских военнослужащих и создавая рабочие места в Америке;

В-четвёртых, они могут инвестировать в строительство заводов в Америке, чтобы освободиться от тарифов на экспорт;

В-пятых, они могут просто выписывать чеки Казначейству, которые помогут США финансировать глобальные общественные блага.

Последнее предложение, означающее введение налога (сбора) на долларовые резервы идентично по своему смыслу ранее рассмотренному МАС: крупные иностранные держатели государственных облигаций США должны в той или иной форме (например, через снижение долгового процента) платить комиссию за использование доллара, чтобы «компенсировать» вред для американской экономики, вызванный этой «силой» доллара. Т.е. иностранцы должны еще раз заплатить за хорошо известные «бесплатные завтраки» США в виде оплаты импорта эмиссией доллара, поскольку Америка настолько поправилась от «обжорства» (кстати, во всех смыслах слова, включая самый буквальный), что утрачивает возможности конкурировать с другими нациями.

Радикальность этого механизма регулирования настолько запредельна, что Миран маскирует его в более элегантных финансовых схемах. В докладе «Руководство по реструктуризации глобальной торговой системы» Miran Stephen. A User’s Guide to Restructuring the Global Trading System Hudson Bay Capital. November 2024. (accessed on July 24, 2025). он предложил грандиозный пакт, согласно которому основные торговые партнеры Америки совместно соглашаются постепенно распродавать свои многотриллионные долларовые резервы. Эта кампания снизит стоимость доллара, улучшит торговый баланс США. А чтобы предотвратить резкий рост процентных ставок в США по мере того, как иностранные государства избавляются от казначейских облигаций, сделка потребует от них перевести значительную часть того, что они сохраняют, в 100-летние облигации федерального долга США со сроком погашения в далеком будущем.

Данную грандиозную концепцию Миран называет «Соглашение Мар-а-Лаго», приравнивая её к предыдущим эпохальным глобальным соглашениям, обновившим мировой экономический порядок — Бреттон-Вудскому соглашению 1944 года, которое установило стабильную послевоенную систему, привязав основные валюты к золотому стандарту, и к «Соглашению Плаза», 1985 года, где страны «Большой пятёрки» — США, Япония, Западная Германия, Франция и Великобритания — разработали успешную совместную программу девальвации тогда сильно переоценённого доллара.

Однако поскольку сам Д.Трамп непоследователен в своей валютной политике – то он ругает сильный доллар за бремя на промышленность США, то он вновь выступает за сильный доллар и грозит странам БРИКС 100%-ными пошлинами за отказ от доллара в расчетах — Миран отступает, признавая, что если Трамп все-таки склоняется к «резервному статусу доллара», США останутся при своей чрезмерно дорогой валюте — главном источнике хронических торговых проблем.

Главная проблема, решаемая экономической политикой Трампа, состоит в выборе инструментария, адекватного создаваемому постглобалистскому миропорядку с отчаянной попыткой удержать глобальное американское лидерство на фоне уже сформировавшегося китайского промышленного доминирования. Поэтому Миран адвокатирует политику решения накопившихся макроэкономических проблем США не за счет внутренних структурных маневров, каковым является практически неосуществимое сокращение бюджетного дефицита, а за счет внешнего мира, конструируя схемы насильственного улучшения текущего счета США в виде вышеописанных пяти способов финансирования глобальных общественных благ.

.a877 {} .a877—note { font-size: 0.9em; background-color: lightgoldenrodyellow; }

Что для вас значит родной город? Ответьте в нашем анонимном опросе!