Страшнее никотина: ученые нашли еду, которая ломает психику и вызывает пожизненную ломку

О вреде курения нам твердят с детства. Пачки сигарет украшают устрашающими картинками, реклама табака запрещена, а сами курильщики давно превратились в изгоев, прячущихся по подворотням. Но пока общество яростно борется с никотином, на продуктовых полках тихо окопался враг страшнее. Он не пахнет дымом, не требует зажигалки и не оставляет желтых пятен на пальцах. Зато он способен перекроить биохимию мозга, вызвать устойчивую зависимость и отправить человека в депрессию быстрее, чем любая запрещенная субстанция.

Речь об ультрапереработанных продуктах. Чипсы, газировка, магазинные соусы, лапша быстрого приготовления, сладкие йогурты с долгим сроком хранения, колбаса, которая не портится неделями. То, что мы привыкли считать едой, на самом деле давно ею не является. Это инженерные конструкции, собранные на конвейере из порошков, эмульгаторов, усилителей вкуса и сахарных сиропов. И задача у них одна — заставить вас есть больше, чаще и без оглядки на чувство насыщения.

К такому выводу пришли авторы исследования, опубликованного в авторитетном издании The Milbank Quarterly. Ученые проанализировали, как пищевые корпорации десятилетиями совершенствовали свои рецептуры, и пришли к неутешительному заключению: перед нами не продукты, а наркотики легального оборота. Только вместо иглы или таблетки — яркая упаковка и скидка по карте лояльности.

«Ультрапереработанные продукты следует рассматривать не как обычную пищу, а как специально разработанные промышленные формулы, способствующие формированию зависимости», — констатируют исследователи.

В чем же секрет этой формулы? Природа, создавая яблоко или орех, действовала сбалансированно. Во фрукте много сахара, но почти нет жира. В орехе — обилие жиров, но минимум углеводов. Человек, съедая яблоко, получает энергию, но не перегружает рецепторы. Его организм успевает вовремя подать сигнал: стоп, хватит. Промышленность этот механизм сломала. Она научилась смешивать сахар и жир в пропорциях, которых в природе просто не существует. Хрустящее печенье с прослойкой сливочного крема, картофельные дольки, плавающие в масле, и все это приправлено солью в концентрации мертвого моря. Мозг, столкнувшись с такой комбинацией, теряет ориентиры.

Выброс дофамина — нейромедиатора удовольствия и предвкушения — получается настолько мощным, что сравнивается с эффектом от некоторых психоактивных веществ. Еда перестает быть просто утолением голода. Она становится дозой. И, как любая зависимость, эта доза требует повторения.

Но пищевые технологи пошли дальше. Они выяснили, что можно ускорить процесс усвоения, и тогда дофаминовый удар по мозгу станет еще молниеноснее. Из продуктов принудительно удаляют то, что замедляет пищеварение: клетчатку, воду, белки. В результате чипс тает во рту за секунды, сладкая газировка всасывается в кровь моментально, а растворенный в молоке сухой завтрак даже не требует жевания. Резкий скачок сахара в крови, мгновенная активация центров удовольствия — и вуаля, вы уже тянетесь за добавкой, хотя объективно сыты.

Многие годы переедание считали пороком. Просто возьми себя в руки, хватит жрать на ночь, у тебя нет силы воли — эти фразы годами адресовали людям с лишним весом. Исследование The Milbank Quarterly окончательно опровергает этот миф. Проблема не в отсутствии самоконтроля. Проблема в том, что промышленные формулы созданы специально, чтобы этот самоконтроль разрушить. Человек борется не с собственным аппетитом, а с многомиллиардной индустрией, нанявшей лучших химиков, нейробиологов и маркетологов.

Последствия такой «диеты» выходят далеко за пределы лишних сантиметров на талии. Ученые выявили прямую корреляцию между высоким потреблением ультрапереработанных продуктов и развитием когнитивных нарушений. Проще говоря, фастфуд и сладости делают нас глупее. Мозг, привыкший к дешевому дофаминовому допингу, теряет способность к долгосрочной концентрации, ухудшается память, замедляется скорость обработки информации. Кроме того, любители промышленной еды значительно чаще сталкиваются с инсультами. Имбилдинг сосудов под воздействием трансжиров и сахара происходит незаметно, но неотвратимо.

Еще один тревожный вывод касается ментального здоровья. Исследование зафиксировало стойкую связь между обилием «мусорной» еды в рационе и депрессивными состояниями. Природа этой связи двойная. С одной стороны, постоянные скачки сахара истощают нейромедиаторную систему, мозг перестает адекватно реагировать на радости жизни. С другой — социальный аспект: человек, осознающий, что не может контролировать свое питание, испытывает стыд и тревогу, которые только усугубляют депрессию.

Показательно, что табачные компании, столкнувшись с многомиллиардными исками и тотальным запретом рекламы, не разорились. Они просто перетекли в пищевую индустрию, применив те же технологии манипуляции потребителем. Тот же маркетинг, нацеленный на детей. Те же приемы формирования привычки. Та же агрессивная сбытовая политика. Только сигареты теперь продаются в отделе «снэки».

Конечно, запретить вредную еду так же, как запретили сигареты в общественных местах, невозможно. Да и никто не предлагает объявить чипсы вне закона. Но выводы ученых из The Milbank Quarterly — это важнейший сигнал. Сигнал о том, что пора перестать стигматизировать людей с лишним весом и пищевыми расстройствами. Пора признать: они не жертвы собственной лени, а мишени, в которые годами прицельно стреляли из всех орудий пищепрома.

Выход, как ни странно, лежит не в тотальных запретах, а в образовании и прозрачности. Чем больше людей будут знать, как устроена их любимая еда на самом деле, тем осознаннее станут покупки. А чем меньше спрос — тем меньше стимулов у корпораций гнаться за сверхприбылью ценой чужого здоровья.