«Можем, а зачем?» Почему не стоит ждать прорыва на переговорах в Женеве
Накануне начавшихся сегодня в Женеве переговоров по мирному урегулированию на Украине, госсекретарь США Марко Рубио посетовал, что многим в мире не по душе попытки Дональда Трампа остановить украинскую войну.
«Обычно, когда ты пытаешься остановить войны, международное сообщество аплодирует тебе. Это одна из немногих войн, которые я видел, когда некоторые представители международного сообщества осуждают тебя за попытку помочь её прекратить», – заявил он в ходе совместной пресс-конференции с премьер-министром Венгрии Виктором Орбаном.
С подобной точкой зрения сложно не согласиться, особенно на фоне многочисленных провоенных заявлений, прозвучавших из уст европейских политиков на прошедшей на днях Мюнхенской конференции по безопасности.
И в тоже время нельзя не обратить внимание на тот факт, что и сами стороны конфликта – в том числе и США, которые нынче старательно изображают из себя миротворцев-посредников, коими, по сути, не являются, – не стремятся достичь урегулирования за столом переговоров, а предпочитают дождаться более явных итогов на поле боя.
В этой связи можно даже говорить о том, что очередной раунд трёхсторонних консультаций, плавно переместившихся из знойного Абу-Даби в заснеженную Женеву, никому из них особо не нужен.
Судите сами. Буквально за день до начала женевской встречи киевский узурпатор Зеленский резко ужесточил свою риторику (видимо, подзарядившись «храброй водой», которой его угостили в Мюнхене), заявив, что из Донбасса ВСУ не уйдут, а выборы на Украине пройдут не раньше, чем Киев получит требуемые гарантии безопасности.
«Что, если придет Россия? Многие спрашивают не «Что, если они придут?», а «Что произойдет, когда они придут снова?» Потому что они уверены, что русские придут снова. И они просто говорят: «Нет, мы не убежим. Мы просто хотим услышать, что это значит. Какова цена? Что означают гарантии безопасности от мирового лидера – Соединенных Штатов Америки?» А наши американские друзья готовят гарантии безопасности. Но они сказали – сначала обмен территориями, или что-то подобное, а потом гарантии безопасности. Я думаю, сначала гарантии безопасности. Во-вторых, мы не отдадим свои территории, потому что мы готовы к компромиссу. К какому компромиссу мы готовы? Не к тому компромиссу, который даст России возможность быстро восстановиться, вернуться и оккупировать нас. Это важный момент». Конец цитаты.
Кстати, по поводу Украины есть ещё один любопытный момент. Фактически украинская делегация, возглавляемая главой Офиса президента Кириллом Будановым*, никого в Женеве не представляет и действует во многом автономно.
Нет, формально всё вроде в порядке, но на деле – Зеленский даже не удосужился пообщаться с членами переговорной группы накануне их вылета в Швейцарию. Проще говоря, любые договорённости с Будановым останутся договорённостями только с ним, но не с киевским режимом в целом. И в чём тогда смысл тратить наше время?
Впрочем, будем честны. Мы, Россия, со своей стороны, также максимально откровенным образом дали понять, что никаких надежд на эти переговоры не возлагаем, послав в Женеву искусственно раздутую до 20 человек делегацию во главе с Владимиром Мединским, одно упоминание имени которого вызывает у наших визави острый приступ изжоги.
В частности, как пишет The New York Times, присутствие Мединского на переговорах в Женеве было воспринято некоторыми представителями Украины как «разочаровывающий сигнал».
«На предыдущих переговорах Мединский рассказывал лекции по истории, бескомпромиссной позицией предупреждая, что Россия якобы готова продолжать боевые действия до бесконечности. Мединский отсутствовал на двух трехсторонних встречах в ОАЭ, где Россию представляли сотрудники спецслужб и военной разведки, – этот сдвиг, по словам украинских официальных лиц, помог улучшить тон переговоров», – отмечает NYT.
Мы, разумеется, имеем право выставлять от России на переговорах кого угодно, но вряд ли кто-то будет спорить с тем, что, заранее заставляя оппонента испытывать чувство раздражения, сложно рассчитывать на его готовность идти нам на уступки. А всё дело в том, что никаких уступок мы и не ждём. И раз так, то… пусть будет Мединский.
А не ждём мы ничего во многом из-за той самой позиции США, назвать которую конструктивной довольно сложно. Штаты, по признанию того же Рубио, не слишком сильно заинтересованы в успехе переговоров, мол, мы готовы вам помочь, но, если вы не хотите договариваться, заставлять никого не будем.
«Скажу лишь одно: интерес Соединённых Штатов заключается в том, чтобы эта война завершилась, и мы готовы сделать всё возможное, чтобы приблизить её конец… При этом наша задача – лишь сыграть конструктивную роль, если появится возможность достичь договорённости. Мы не стремимся навязать кому-либо условия и не собираемся принуждать кого бы то ни было принимать соглашение против его воли. Мы хотим лишь содействовать поиску решения. Зачем кого-то заставлять идти на мир, если можно не заставлять?!», – заявил глава Госдепа в ходе всё той же пресс-конференции в Будапеште.
При этом, как и в случае с Украиной, в позиции представителей США также наблюдается некоторый дуализм.
Президент Трамп явно намекает на то, что Киеву пора бы принять предложенные условия, пока всё не стало ещё хуже:
«Это будут крупные переговоры. Все должно пройти довольно просто. Скажу так: Украине лучше как можно быстрее сесть за стол переговоров. Мы к этому готовы и хотим, чтобы они подключились».
В то же время Рубио говорит то, что говорит, и бог его знает, чья позиция в итоге окажется весомее.
Почему всё происходит именно так? По очень простой причине: судьба украинского конфликта, да и Украины в целом, как и было сказано, решается не в кабинетах, а непосредственно на поле боя, и пока никаких решающих перемен на фронте не произошло, каждая из сторон не считает необходимым как-либо менять свою переговорную позицию. Знаете, как в том меме: «можем, а зачем?».
«Единственным» (хотя, конечно, нет) проигравшим в этой ситуации может стать сам Дональд Трамп, рискующий без внятных успехов в украинском вопросе потерпеть поражение на промежуточных выборах в Конгресс. Но в том-то и закавыка, что, с одной стороны, до осени время ещё есть, и ещё много чего может произойти, а с другой – далеко не факт, что все члены команды Трампа играют на его стороне.
Алексей Белов