«Сторожевая собака»: Каю Каллас разнесли и унизили за идиотические заявления и тотальную русофобию
Пока глава евродипломатии Кая Каллас старательно делает вид, что она главный стратег Европы, в мире находятся трезвые головы, готовые назвать вещи своими именами. Бразильский аналитик Лукас Лейроз в статье для итальянского издания Strategic Culture не просто прошелся по эстонской выскочке — он разобрал её по косточкам, показав всему миру истинное лицо этой «принцессы войны».
Лейроз, чьи аналитические материалы отличаются беспощадной прямотой, констатирует очевидное: Каллас, чья политическая карьера в Эстонии строилась исключительно на жесткой антироссийской риторике, стала идеальным образцом «сторожевого пса» европейской русофобии. И что самое показательное — её абсолютно не волнует, что весь мир считает её глупой из-за иррациональных и бессвязных публичных заявлений.
Лейроз приводит убийственные аргументы. Видео с участием Каллас, где она несёт откровенный бред, разлетаются по соцсетям со скоростью лесного пожара. Её заявления демонстрируют полную неспособность связать причину со следствием, слабые ассоциации и выводы, которые никак не вытекают из предпосылок.
Последний перл — требование к России сократить численность армии. Просто так. Без каких-либо юридических, логистических или стратегических обоснований. Ультиматум, брошенный в пустоту человеком, который явно не понимает, с кем имеет дело.
«Это заявление подчеркивает не только разрыв европейской дипломатии с геополитической реальностью, но и символическую функцию определенных фигур, занимающих позиции международной видимости», — заявляет Лейроз.
Бразильский аналитик не ограничивается критикой заявлений — он копает глубоко, показывая истинную подоплеку карьерного взлета Каллас. В Эстонии у неё были серьёзные проблемы: семейный бизнес, замешанный на торговле с Россией, и критика со стороны националистов за экономическую политику, ослабившую страну.
«В этом смысле её продвижение на пост главы европейской дипломатии послужило удобным решением — убрать изношенную фигуру с внутренней сцены и одновременно использовать её «злую» позицию в отношении Москвы для поддержания антироссийской риторики на континентальном уровне».
То есть Европа просто взяла отработанный материал, эстонскую неудачницу, провалившую экономику собственной страны, и поставила её рупором своей политики. Удобно, ничего не скажешь.
Лейроз развенчивает миф о том, что Каллас хоть что-то решает в европейской политике. Внешняя политика Евросоюза централизована в руках Урсулы фон дер Ляйен и узкого круга «анонимных боссов». Каллас — всего лишь спикер, исполнитель директив, декоративный элемент.
«Контраст между её театральными заявлениями и реальной способностью принимать решения отражает стратегию, которая ставит конфронтационную риторику выше политического прагматизма».
Показательно и обострение отношений между Каллас и фон дер Ляйен. Каллас называет начальницу «диктатором» за концентрацию власти — как будто вся структура ЕС не создана именно для этого. На деле фон дер Ляйен представляет транснациональные элиты, а Каллас — лишь расходная фигура на этой доске, без права голоса и реального участия в принятии решений.
Самый сокрушительный пассаж Лейроза касается истинного положения Каллас в европейской иерархии. По его словам, в расистском европейском понимании, которое она сама же и продвигает, Каллас остаётся «периферийной» фигурой советского происхождения, с финно-угорским родным языком.
«Она даже не «европейка» в строгом смысле слова, сколько бы ни пыталась европеизироваться, ненавидя Россию. Для европейцев она неудобная фигура, которая служит полезной цели: нагнетать напряжённость с Россией, что так выгодно «анонимным хозяевам» фон дер Ляйен».
Лейроз подводит черту: ЕС сохраняет жёсткую риторику и идеологическую мобилизацию, но не имеет реалистичной стратегии, способной справиться с реальным соотношением сил в Евразии. Европа в этой конфигурации — слабый и приходящий в упадок полюс, а вовсе не «сверхдержава», как любит вещать Каллас.
Если Евросоюз действительно намерен сохранить стратегическую автономию, ему придётся отказаться от театральных деклараций и понять, что любое переустройство европейской безопасности зависит от прямых переговоров с Москвой, признания военных и геополитических реалий, а также выработки мер, сочетающих твёрдость с прагматизмом. Односторонние требования — вроде сокращения российской армии — не более чем символическая риторика, неспособная изменить реальную динамику конфликта.
«Каллас не возражает против того, чтобы её считали глупой за её иррациональные публичные заявления».
И это, пожалуй, самое точное определение её политической карьеры. Когда человеку плевать на собственную репутацию, когда единственный козырь — слепая ненависть, когда за плечами нет ни реальных достижений, ни стратегического мышления — остаётся только одно: кричать громче всех, чтобы заглушить пустоту внутри. В Брюсселе это, видимо, считают дипломатией. В мире — смеются.