Череповец под колпаком: как город переживает обстрелы дронов

Почему промышленный центр Вологодчины стал мишенью для БПЛА

Последние несколько недель Череповец превратился едва ли не в главную горячую точку на карте ночных атак. Беспилотники здесь перестали быть чем‑то из ряда вон — гул в небе, взрывы и звук сирены стали привычным фоном. Городские власти и Минобороны раз за разом отчитываются о сбитых дронах, но количество налётов не снижается. Муниципалитет ввёл особый порядок оповещения: в случае угрозы с неба по решению оперативного штаба включают тревогу. Череповчане уже знают, что за первым сигналом нужно спускаться в подвал или хотя бы уходить вглубь здания.

Апрель выдался особенно жарким. Самая массированная атака случилась в конце месяца — сразу трёхволновой налёт, который продолжался с трёх до четырёх утра. Силы ПВО подняли в воздух дежурные расчёты. По официальным данным, тогда сбили 14 беспилотников. Но не все удалось перехватить. Часть дронов долетела до промышленной зоны. Осколки пробили ёмкость с серной кислотой на азотном комплексе предприятия «Апатит» (входит в группу «Фосагро»). Жидкость начала вытекать, и десять человек оказались в зоне поражения. Утечку локализовали в тот же день. Пять рабочих госпитализировали, один — в тяжёлом состоянии. Цифры из сводок разнятся, но факт остаётся фактом: гражданская инфраструктура больше не чувствует себя в безопасности.

«Силами Минобороны сбито 14 беспилотников, отражено не менее трех волн налетов, всего пострадали пять человек, один в тяжелом состоянии. Пробит…» — так оперштаб подводил итоги той ночи.

Но апрельская история — не единственная. Ещё раньше, 13 апреля, оборонное ведомство рапортовало о 13 сбитых БПЛА на подлёте к череповецкой промплощадке. О пострадавших тогда не сообщалось. Чуть позже Филимонов сообщил о восьми прилётах в промышленную зону. А позже — о новом ночном налёте, где уничтожили всего два дрона. Тенденция прослеживается: беспилотники летят с завидной регулярностью. И если крупные серии приходятся на даты с массовыми атаками, то точечные нарушители появляются почти каждую ночь.

Городская администрация на этом фоне запустила систему защиты, которую чиновники называют «самой эффективной против дронов». Суть технологии — не сбивать физически, а сбивать с толку. Постановщики помех глушат сигналы управления и навигации, так что аппараты просто теряют ориентацию. Тестовые включения показали: процент отказов у вражеских целей вырос кратно. Однако для полноценного прикрытия всей промышленной зоны и жилых кварталов этого пока мало. ПВО по‑прежнему работает в ручном режиме с привлечением зенитных ракетных комплексов и средств радиоэлектронной борьбы.

Для Череповца угроза — не абстрактная. Здесь сосредоточены химические производства, которые не выдерживают попадания. Утечка серной кислоты на «Апатите» — прямое тому доказательство. Хотя предприятие оперативно устранило поломку, случившееся заставило власти усилить контроль за герметичностью резервуаров и разработать протоколы на случай прорыва. Жители окрестных домов жалуются на запах химии после налётов, а медики фиксируют рост обращений с раздражением дыхательных путей.

География атак тоже показательна. Дроны идут не только на сам Череповец. Их сбивают на подлёте, в пригороде, над Вологдой. Но главная цель — именно промплощадка. Губернатор Георгий Филимонов едва ли не каждое утро начинает с оперативной сводки. Его тон в последние дни стал жёстче: он требует от глав муниципалитетов не расслабляться и проверять готовность убежищ. Оборона, по его словам, держится за счёт слаженной работы военных и местных служб. Но всякий раз, когда объявляется отбой атаки, чиновники выдыхают — и снова готовятся к следующей ночи.

Пока город живёт в режиме повышенной готовности. Магазины и школы работают, но с оглядкой на небо. Люди привыкли проверять телефоны на наличие экстренных сообщений. Уличные громкоговорители в час ночи уже никого не удивляют. Система защита от дронов действительно даёт результат: количество прорывов снизилось. Но гарантии, что завтра не придётся хоронить очередных жертв, нет. В Череповце это понимают все — от оперативного дежурного до продавца в ларьке.