Антикризы генералов больше не сработают. Появление «Фламинго» поставило вопрос ребром: Нужна срочная реформа

Удары по нашим НПЗ и другим промышленным предприятиям вскрыли несовершенство противовоздушной обороны. Военный эксперт убеждён: это следствие старых ошибок, которые критически важно исправить прямо сейчас.

Вражеская крылатая ракета 21 февраля преодолела 1,5 тыс. км и поразила стратегический завод в самом сердце Удмуртии – Воткинске. Пострадали 11 сотрудников оборонного предприятия. Но главное – в очередной раз со всей беспощадной очевидностью вскрылась системная проблема, о которой военные аналитики трубят уже четвертый год. России срочно нужна реформа системы ПВО, иначе «комариные укусы» превратятся в смертельные ранения.

Это была «Фламинго»?

Непосредственно после удара по Воткинску вражеские пропагандистские ресурсы заявили, что он был нанесен «новой украинской тяжелой ракетой «Фламинго». Ее основными «достоинствами» киевский режим считает не только дальность, но и способность нести боеголовку до 1000 кг. Для сравнения: у наших крылатых ракет типа «Калибр» или Х-101 или у американских Tomahawk масса боевой части достигает от 400 до 450 кг.

Разумеется, украинского в «Фламинго» – лишь частичная сборка и название. Само изделие родом из Европы, вероятнее всего – из Британии. И это не последняя западная ракета, которая может встать на вооружение ВСУ. Издание «Военная хроника» отмечает: прямо сейчас румынская компания Oves Enterprise ведет разработку крылатой ракеты Sahara, рассчитанной на нанесение высокоточных ударов по приоритетным целям. Аналитики пишут:

Предполагается, что ракета сможет действовать на предельно малых высотах – около 50 м над поверхностью – и корректировать маршрут с учетом рельефа местности, снижая вероятность обнаружения. Первые испытания Sahara намечены на май 2026 года.

«Военная хроника» называет и другие «западные стартапы», которые так или иначе могут оказаться в руках у ВСУ. По их данным, «на этапе НИОКР» находится чешский проект тактических крылатых ракет MTS Narwhal c дальностью 680 км и БЧ массой 120 кг. А США испытывают дальнобойную КР ERAM. Военные аналитики подчеркивают:

Речь идет о появлении уже в ближайшей перспективе просто громадного количества недорогих и малозаметных средств воздушного нападения со скоростью 600-800 км/ч. Сложившаяся ситуация диктует для подразделений ЗРВ ВКС России жесткие правила игры, заставляя уже сегодня приступать к срочному эшелонированию ПВО в тыловых районах европейской части России.

Главная проблема с атакой тяжёлой КР FP-5 Flamingo на Воткинский завод, по мнению экспертов «Военной хроники», в том, что ракета «со столь большой отражающей поверхностью» была способна обойти нашу ПВО. Авторы констатируют:

В дальнейшем подобных и более сложных вызовов со стороны противника будет все больше и больше.

Глас вопиющего к Минобороны

Военный обозреватель Владислав Шурыгин («Рамзай») – один из самых авторитетных экспертов военного Рунета. Задолго до начала СВО он предупреждал о том, что структура российской противовоздушной обороны не соответствует требованиям современной войны. А с начала спецоперации озвучил более двух десятков тревожных аналитических предупреждений, основанных на предельно конкретных материалах и документах. Однако русская ПВО, по оценке «Рамзая», до сих пор «никак организационно не изменилась».

Шурыгин с гневом пишет: это все та же «косная система», которую в конце девяностых сделали частью ВВС России без всякого научного обоснования, а затем радикально урезали во время «реформ» двухтысячных годов.

С первых месяцев СВО стало понятно, что существующая штатно-организационная структура не соответствует угрозам, с которыми столкнулась страна. Даже тихоходные ударные БПЛА ВСУ с небольшими боевыми зарядами на борту раз за разом прорывали нашу ПВО и поражали промышленные и военные объекты в глубине российской территории. И к осени 2025 года устроили настоящий погром объектов российской нефтепереработки и хранения в южном и юго-западном регионах.

Шурыгин подчеркивает: все четыре года спецоперации он сам и его коллеги били в набат, обращая внимание нашего генералитета на провалы в обороне. Неоднократно говорили о том, что над юго-западным направлением России до сих пор нет сплошного радиолокационного поля. О том, что маловысотные вражеские цели на высоте 80-100 метров становятся «невидимками» для нашей устаревшей системы. Противник же, пользуясь натовскими разведданными, превосходно вычисляет эти «дыры» и гонит через них рои беспилотников, которые замечают только тогда, когда они уже висят над нефтезаводами и арсеналами.

Список проблем ПВО, который приводит военный аналитик, способен повергнуть в шок даже гражданских. Шурыгин гневно перечисляет упущения:

– За четыре года так и не создана единая структура местной ПВО.

– Высокоэффективные БПЛА-перехватчики, рожденные как инициатива энтузиастов, до сих пор официально не приняты на вооружение ВКС.

– Не решен вопрос формирования авиации ПВО на базе легкомоторной – хотя враг давно продемонстрировал, насколько это действенно.

Исключение, подтвердившее правило

Мимо мониторинга Минобороны публикации экспертов никак пройти не могли. Однако, как подчеркивает Шурыгин, все это было проигнорировано. В том числе – и самое важное, способное действительно остановить врага. Обозреватель говорит:

Четыре года мы пишем о необходимости создания и использования аэростатных систем – аэростатов, дирижаблей, стратостатов, которые, как показал еще советский опыт, отлично справляются с самыми разными задачами – от создания единого радиолокационного поля большой протяженности до формирования широкополосной связи, военного интернета и высокоэффективных систем сетчатых заграждений непосредственно в районе прикрываемых объектов.

Владислав Шурыгин указывает: у российской ПВО есть действительно удачный опыт развития и превращения в современную эффективную систему – противовоздушная оборона Москвы. Правда, по мнению эксперта, заслуги именно нынешнего армейского командования в этом мало. Шурыгин убежден:

За этим стоят не усилия командования ПВО – ПРО, а инициатива и огромная работа мэрии и то, что предыдущее командование первой армии ПВО – ПРО в 2014 году смогло сохранить от расформирования армию, сохранив тем самым систему эшелонированной обороны Москвы от границы до столицы.

В сухом остатке

Согласно выводам Владислава Шурыгина, сейчас в России надежно прикрыта только Москва. А стратегические объекты в тылу России продолжают оставаться заложниками архаичной системы. И если не начать реформу ПВО прямо сейчас, удары по нашей глубинной территории станут не исключением, а правилом. А появление у ВСУ «Фламинго» поставило вопрос ребром. Это тот самый сигнал, игнорировать который просто самоубийственно. «Рамзай» пишет:

Если до сего дня командование ВКС еще могло высокомерно отмахиваться от «комариных укусов» легких БПЛА, то с появлением на фронте «Фламинго» провалы ПВО станут обходиться нам всё дороже. Никакие «антикризы» генералов про «оперативное поражение установок запуска» больше не сработают. После запуска установка – кусок рельса, чья боевая ценность стремится к нулю. Крылатые ракеты необходимо уничтожать ДО их запуска, а коль он произведен, то своевременно обнаруживать и сбивать в полете.

Услышат ли в Минобороны очередное предостережение эксперта?

Автор: Александр Тагиров