Станет ли гибель Хаменеи стартом для сделки между США и Ираном
В результате совместных ударов США и Израиля в субботу, 28 февраля, погиб верховный лидер Ирана Али Хаменеи.
Также в результате удара были убиты представитель лидера в Высшем совете обороны адмирал Али Шамхани, главнокомандующий Корпуса стражей исламской революции (КСИР) генерал-лейтенант Мохаммад Пакпур, начальник штаба генерал-майор Сейед Абдольрахим Мусави и министр обороны генерал-майор Азиз Насерзаде.
Поэтому логично, что в СМИ идёт обсуждение проблемы «А кто после Хаменеи?»
Иранская государственная конструкция основана на принципе «вилаят-е факих» — теократической доктрине, согласно которой высшая власть до возвращения скрытого имама должна принадлежать наиболее авторитетному шиитскому богослову. Эта модель была оформлена после революции под руководством Рухолла Хомейни и затем унаследована его преемником.
На протяжении десятилетий Хаменеи концентрировал в своих руках стратегические рычаги: контроль над вооружёнными силами, судебной системой, разведывательными структурами и ключевыми надзорными органами.
Несмотря на персоналистский характер режима, иранская система власти представляет собой сложную архитектуру взаимного контроля:
— Совет стражей обладает правом ветировать законы и допускать или отклонять кандидатов на выборах.
— Судебную власть возглавляет Голамхоссейн Мохсени Эджеи, назначаемый верховным лидером.
— Президент и парламент избираются населением, но их полномочия ограничены рамками, установленными религиозной верхушкой.
Погибший 86-летний Хаменеи публично не обозначал наследника. Впрочем, есть и мнение, что преемник уже есть.
Владимир Сотников, политолог-востоковед, полагает, что его фамилия намеренно не разглашается.
«Это шестидесятилетний человек, который является клириком. Он был готов заменить Хаменеи ещё раньше, но аятолла не хотел уступать свой пост. О преемнике мы услышим сегодня. Задача иранского руководства — как можно быстрее назвать его имя. Что касается конфликта, я думаю, что сейчас всё пойдёт на ужесточение. КСИР и иранское руководство такую мученическую смерть, как они назвали гибель аятоллы Хаменеи, не простят. Можно ожидать подрывные действия со стороны Корпуса стражей исламской революции, может быть даже ликвидацию физических лиц среди американцев или израильтян», — приводит мнение эксперта «Коммерсант».
Во время 12-дневной войны с Израилем в июне прошлого года сам Хаменеи выбрал трёх кандидатов в качестве преемников. Речь шла о главе судебной власти Голаме-Хосейне Мохсени-Эджеи, Хеджази (убит) и внуке первого аятоллы Рухолы Хомейни Хасане Хомейни.
Существенное «теневое влияние» имеет сын убитого аятоллы Моджтаба Хаменеи. Однако сам Али Хаменеи заявлял, что не хочет, чтобы пост верховного лидера стал наследственным.
Ещё трёх возможных преемников Хаменеи назвал канал CNN: член Ассамблеи экспертов Мохаммад Мехди Мирбагери, который представляет консерваторов, зампред Ассамблеи экспертов Алиреза Арафи, возглавляющий иранскую систему религиозных учебных заведений, и близкий к Хаменеи высокопоставленный священнослужитель Хашем Хоссейни Бушери.
Из-за отсутствия очевидного преемника взять на себя прямое управление может КСИР, пишет американский эксперт по Ирану Арман Махмудиан. Такой вариант развития событий рассматривает и ЦРУ. По мнению Махмудиана, если не произойдёт полного краха иранского режима, лучшее, на что могут надеяться иранцы, — это управляемый переход власти от наиболее радикальных к более прагматичным. Представителями таких фракций учёный назвал Лариджани и экс-президента Хасана Рухани.
Формально назначение нового лидера находится в компетенции Совет экспертов — коллегии высших аятолл, избираемых сроком на восемь лет. Конституция позволяет этому органу не только избрать, но и отстранить верховного лидера, однако подобный прецедент отсутствует.
По словам секретаря Высшего совета национальной безопасности Али Лариджани, Совет экспертов для избрания верховного лидера Ирана соберётся сегодня, 1 марта.
Ключевую роль в транзите власти может сыграть Корпус стражей исламской революции (КСИР), который напрямую подчинялся Хаменеи и за годы превратился в самостоятельный политико-экономический центр силы. Его влияние распространяется от оборонной сферы до стратегических отраслей экономики.
Любой новый лидер будет вынужден заручиться поддержкой КСИР, иначе процесс консолидации власти окажется под угрозой. Потенциальный раскол внутри корпуса или между духовной элитой и силовиками может привести к дестабилизации всей системы.
«Мы подготовились ко всем сценариям, и планы разработаны даже на случай мученической смерти имама Хаменеи. Вы увидите, что с формированием Совета лидеров власть укрепится среди народа и чиновников», — заверил спикер иранского парламента Мохаммед Багер Галибаф.
Смерть верховного лидера — это не просто смена фигуры на вершине иерархии. Это проверка устойчивости всей конструкции. Кто бы ни оказался «после Хаменеи», ключевой вопрос будет не в фамилии, а в том, выберет ли новая связка духовной элиты и КСИР режим торга с Трампом. Не исключено, что иранская элита выберет венесуэльский сценарий — пойдёт на торг с американской верхушкой ради сохранения режима и гарантий безопасности. Поэтому хоронить Исламскую республику сейчас рано. Тем более по опыту мы уже знаем, что Дональду Трампу порой достаточно именно формального трофея, если он может продать его аудитории как капитуляцию противника, даже когда речь лишь о формальной смене режима.
Как бы ни цинично это звучало, но сделка между Ираном и США после такого шока всё ещё возможна. У обеих сторон появляется стимул «зафиксировать прибыль». Тегеран может купить себе паузу и частичное снятие давления, пойдя, как уже он делал не раз, на заморозку ядерной программы. А Вашингтон получит красивую картинку деэскалации. Впрочем, она может и не случиться, потому что новый центр власти будет обязан доказать внутренней аудитории и КСИР, что он не пришёл «на поклон», а значит сначала вероятнее демонстративная жёсткость и ответные шаги. Ведь Ирану нужно не очередное шоу, а реальные гарантии выживания. А вот готовы ли их предоставить США вместе с Израилем это пока вопрос открытый.