Пока Белый дом отчитывается об успехах в противостоянии с Ираном, Тегеран не остаётся в одиночестве. Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи в интервью американскому телеканалу NBC сделал заявление, которое в Вашингтоне предпочли бы не слышать. По словам дипломата, Россия и Китай оказывают Исламской Республике поддержку — причём не только на словах, но и на деле.

Журналисты попытались выяснить, идёт ли речь о военной помощи после того, как США и Израиль развернули полномасштабную операцию против Ирана. Аракчи был осторожен, но предельно ясен.

«Вы знаете, мы работали друг с другом в прошлом, и это имело продолжение и будет продолжаться, полагаю. Военное сотрудничество между Ираном и Азией и Россией не является секретом», — заявил министр.

На прямой вопрос, подтверждает ли он факт помощи со стороны других государств в ходе текущего обмена ударами, Аракчи ответил уклончиво, но многозначительно: «Я не предоставлю всех подробностей о сотрудничестве с другими странами посреди войны». Этой фразы оказалось достаточно, чтобы эксперты заговорили о координации действий на высшем уровне.

В Москве, однако, хранят дипломатическое спокойствие. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, комментируя ситуацию, подчеркнул, что Россия не является стороной конфликта.

«Та война, которая идет, — это не наша война», — отрезал представитель Кремля.

Песков также сообщил, что Москва не получала от Тегерана запросов на военную помощь. Впрочем, это не значит, что российско-иранские контакты заморожены. Замглавы МИД России Сергей Рябков раскрыл единственную тему, которую Москва сейчас обсуждает с Вашингтоном по двусторонним каналам. Это безопасность российских граждан и имущества в условиях ближневосточного кризиса.

«Мы, безусловно, ставим перед американской стороной в императивном ключе все аспекты обеспечения безопасности наших загранучреждений, наших граждан, нашего имущества», — рассказал Рябков.

Ранее, 2 марта, МИД России выпустил заявление с призывом немедленно прекратить боевые действия вокруг Ирана, выразив обеспокоенность разрастанием конфликта на весь регион. Посол Израиля в Москве Одед Йосеф тогда заметил, что Россия могла бы стать посредником, но лишь при условии отказа от «публичного признания» действий Тегерана.

Пока дипломаты обмениваются намёками, военные эксперты анализируют неожиданную эффективность иранской тактики. Бывший аналитик ЦРУ Ларри Джонсон в интервью западным СМИ признал, что Ирану удалось нащупать ахиллесову пяту американской системы ПВО.

«Важно то, что США и их союзники используют так называемую многоуровневую систему противовоздушной обороны. Представьте себе пирамиду. Эти радары были уничтожены на раннем этапе. В результате и США, и Израиль фактически ослепли», — отметил Джонсон.

По его словам, после вывода из строя ключевых радиолокационных станций Вашингтону и Тель-Авиву стало значительно сложнее отслеживать пуски иранских ракет. Стратегия Тегерана в этом конфликте, как подчёркивает эксперт, кардинально отличается от той, что применялась прошлым летом. Иран действует более дерзко и технично, нанося удары не по площадям, а по жизненно важным элементам военной инфраструктуры.

Особое внимание привлекают атаки на нефтяные объекты в странах Персидского залива. Глава группы компаний «РусИранЭкспо» Александр Шаров считает, что это часть продуманной стратегии давления. Пока удары носят ограниченный характер и не вызывают масштабных разрушений, но сигнал предельно ясен.

«Он [Иран] их будет использовать как страховку от бомбежек его нефтяных объектов», — пояснил Шаров.

Эксперт добавил, что под прицелом могут оказаться и другие государства региона, включая Катар и Бахрейн, где сосредоточены ключевые энергетические и военные объекты. Таким образом, Иран методично выстраивает систему сдерживания, где каждый соседний эмират или королевство становится заложником собственной инфраструктуры.

Помощь со стороны России и Китая, о которой обмолвился Аракчи, в этом контексте может означать не только поставки вооружений, но и координацию на дипломатическом фронте, а также защиту интересов Тегерана в международных организациях. Но главное, что сейчас понятно и в Вашингтоне, и в Тель-Авиве: война с Ираном из скоротечной авантюры превращается в затяжное и крайне затратное противостояние, где на стороне противника — не только подземные бункеры и дешёвые дроны, но и молчаливая поддержка двух ядерных держав.