Охота на русские танкеры: Юшков объяснил, почему Франция лезет из кожи вон, чтобы задержать суда из России

Эксперт назвал четыре сценария для Москвы и рассказал, чем на самом деле обернется абордаж Tagor

Задержание российского нефтяного танкера Tagor в Атлантике вызвало волну возмущения в Москве, но нашлись и те, кто увидел в этом не столько правовой, сколько политический подтекст. Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета Игорь Юшков считает, что для Парижа этот инцидент — в первую очередь пиар-акция, а не борьба за соблюдение санкций.

ВМС Франции 31 мая в нейтральных водах Атлантического океана взяли под контроль судно, следовавшее из Мурманска в Камерун под флагом Мадагаскара. Президент Эммануэль Макрон лично выложил видео абордажа, сопроводив его заявлением о строгом соблюдении морского права. Мол, недопустимо, чтобы суда обходили международные санкции и нарушали правила использования флага. Париж также отчитался, что направляет танкер в порт для дальнейшей проверки.

Но у Юшкова другое мнение на этот счет. Он считает, что Франция пытается застолбить за собой статус главного борца с российским экспортом в Европе. Иными словами, Макрону нужно показывать: именно его страна — лидер в охоте за судами России. А заодно — создавать у судовладельцев стойкое ощущение риска при перевозке нашей нефти.

«Задержание танкера для французов сродни пиар-акции. Им важно показывать, что Франция — европейский лидер по противодействию России. Кроме того, европейцы пытаются сформировать некий токсичный образ России, создавая для судовладельцев видимость рисков», — объясняет эксперт.

Юшков отмечает: чаще всего такие задержания носят краткосрочный характер. Танкер встает на якорь на день-два, его владельца штрафуют, после чего судно отпускают. С сентября прошлого года французы задержали уже три подсанкционных танкера, и каждый раз ситуация заканчивалась денежным взысканием и освобождением. То есть это не арест в прямом смысле слова, а скорее демонстрация силы и вымогательство, по мнению аналитика.

При этом Юшков напоминает о юридической стороне. Согласно Конвенции ООН по морскому праву, которую европейцы сами же ратифицировали, у них нет права арестовывать суда с российской нефтью в международных водах. Если есть подозрение в подмене флага — можно лишь задержать до выяснения обстоятельств. Поэтому главная цель всей этой шумихи — запугать собственников танкеров, чтобы те поднимали ставки за перевозку российского сырья. Таким образом Москва несет дополнительные издержки, даже если судно в итоге отпускают.

Аналитик также обратил внимание на забавную ситуацию с ценовым потолком на российскую нефть. В Евросоюзе сейчас размышляют, замораживать ли его на фоне кризиса на Ближнем Востоке. Сейчас цена Urals держится около 44 долларов за баррель, но рыночная реальность давно перешагнула сотню. Потребители уже готовы платить больше, и формальное повышение потолка на 15% — это не ужесточение, а по сути послабление для России. Рынок диктует свое, и Парижу остается лишь делать громкие заявления и хватать танкеры.

Выходит, что санкционная машина буксует. Европа хочет одновременно и наказать Россию, и не взвинчивать цены для себя. Выход находят в эффектных, но малосодержательных акциях, вроде задержания Tagor. Юшков предлагает Москве четыре линии ответа: дипломатическую, правовую, зеркальные меры и наращивание собственного флота. Но это уже тема для отдельного разговора.