Владельцы загородных участков всё чаще отказываются от членства в СНТ

Тридцать тысяч за воздух: почему дачники больше не хотят платить за чужие заборы и детские площадки

Годовое членство в садовом товариществе нередко обходится в двадцать — тридцать тысяч рублей. И это при том, что половина услуг человеку не нужна. Игровая зона, сторожка у въезда, цветник перед домом председателя — сборы идут на всё подряд. А спросить, почему сумма именно такая, часто не получается: сметы закрытые, отчёты задерживаются, на собраниях голосуют по принципу «кто громче крикнет».

Люди устали. За последние пару лет число желающих выйти из СНТ выросло в разы, сообщает DEITA.RU. Всё больше собственников переводят участки в режим индивидуального садоводства. Юридически это просто: написал заявление в правление — и ты больше не член товарищества. Никаких решений общего собрания, никаких одобрений. Земля и дом остаются твоими.

Но главное — деньги. Индивидуальный садовод платит только за то, чем реально пользуется. Вывоз мусора, электричество, вода, дороги к участку. Никаких целевых взносов на лавочки у пруда и новый забор вокруг посёлка. Цифры в квитанциях становятся понятными, а неплательщики больше не висят на шее у соседей.

Особенно остро эта тема встала, когда энергетики начали отключать целые посёлки из-за долгов трёх-четырёх человек. Добросовестные дачники сидели без света по две недели, пока суды разбирались, кто виноват. Прямой договор с энергосбытом эту проблему решает: ты платишь — у тебя всё горит. Чужие долги перестают быть твоей головной болью.

Председатель выбирает подрядчиков по знакомству, а платят все

Конфликты с правлением — вторая по частоте причина ухода. В маленьких посёлках решения принимаются кулуарно. Председатель нанимает для ремонта дорог знакомых — смета оказывается в два раза выше рыночной, а через месяц ямы появляются снова. Попытки потребовать отчёт натыкаются на стену: «А вы не член правления, вам не положено». Люди идут в суды, тратят годы и нервы. Проще выйти.

Парадокс в том, что закон не освобождает индивидуального садовода от платы за общую инфраструктуру. Размер — тот же, что и членские взносы. Но экономия возникает за счёт отказа от сомнительных целевых сборов. Плюс — никакой ответственности за долги соседей. Минус — потеря права голоса на выборах. Впрочем, многие этот минус считают плюсом: меньше поводов ездить на собрания и выслушивать взаимные претензии.

Процесс выхода упростили цифровые сервисы. Раньше нужно было ходить по инстанциям, собирать справки, ждать неделями. Теперь заявление подаётся через «Госуслуги» или личный кабинет поставщика услуг. Энергетики, мусорщики, водоканал — все работают напрямую с собственником. Бумажная волокита ушла в прошлое.

Меняется и сам образ дачи. Если в советское время она воспринималась как место коллективного труда — субботники, общие грядки, обязательные собрания, — то сейчас горожане едут за город за тишиной. Тратить выходные на выяснение отношений с председателем никто не хочет. Люди хотят просто жить и отдыхать.

Для самих СНТ эта тенденция — тревожный сигнал. Если отток продолжится, товариществам придётся менять подход. Прозрачная бухгалтерия, понятные сметы, уважение к мнению каждого собственника — иначе люди просто уйдут. Либо появятся гибкие объединения под конкретные задачи, либо все перейдут на индивидуальные договоры.

«Мы платили по тридцать тысяч в год, а дорогу так и не отремонтировали, — рассказывает бывшая член СНТ из Подмосковья. — Написали заявление на выход за один день. Теперь платим восемь — за вывоз мусора и электричество. И никаких собраний по воскресеньям».