Глава «Калашникова» назвал вертолеты лучшим средством для уничтожения БПЛА

Почему «Вихрь» с дрона — это тупик, а с борта Ми-28 — рабочий инструмент

Вертолет оказался эффективнее дрона-перехватчика. По крайней мере, когда речь заходит о воздушном прикрытии над российской территорией. Такую позицию озвучил руководитель концерна «Калашников» Алан Лушников в беседе с ТАСС.

Логика простая. Противотанковую управляемую ракету «Вихрь» отечественные инженеры уже адаптировали под запуск с беспилотника. Технически это возможно. Но смысла в таком применении, как выяснилось, мало.

Запускать «Вихрь» с крупных БПЛА — затея сомнительная. Гораздо результативнее сажать ракету на вертолетную платформу. Особенно когда задача — сбивать чужие дроны у себя над головой, а не работать по наземным целям.

И вот тут самое интересное. Концерн еще в прошлом году публиковал данные об антидроновых возможностях «Вихря». Тандемная кумулятивная боевая часть, как тогда сообщалось, способна пробить любой зарубежный танк, который поставляется Украине. Но этим её применение не ограничивается.

Ракета может уничтожать разные цели. Включая украинские беспилотники, запущенные с территории противника. Работает она и в сложных метеоусловиях — это отдельный плюс, учитывая, что дроны чаще всего атакуют именно в непогоду или ночью.

Почему вертолет, а не перехватчик

Дроны-камикадзе множатся, тактика их применения меняется чуть ли не каждый месяц. Казалось бы, логичный ответ — беспилотник против беспилотника. Но на практике всё упирается в скорость реакции и массу полезной нагрузки.

Вертолет способен нести «Вихрь» в полном боекомплекте. Он барражирует в зоне, получает целеуказание и наносит удар. Перехватчик меньшего класса такой груз не поднимет, а более крупный — сам становится уязвимой мишенью для средств ПВО.

Плюс живучесть. Экипаж видит обстановку, принимает решения, может уйти из-под удара. У дрона такой роскоши нет.

Разговоры о том, что за беспилотной авиацией будущее, никуда не делись. Но в сегменте борьбы с роями малых БПЛА пилотируемая машина пока выигрывает. И это не консерватизм, а трезвый расчёт.

Лушников прямо говорит: на территории России вертолет — наиболее подходящее средство воздушного прикрытия. Формулировка осторожная, но по сути жёсткая. Приоритет отдан классике, а не экспериментам.

Что это значит для смежных отраслей? Производители ракетного вооружения продолжат наращивать выпуск «Вихрей» под вертолётные пусковые установки. А вот разработчикам ударных БПЛА придётся доказывать, что их машины способны на большее, чем просто нести ракету.

Показательно, что «Калашников» не отказывается от темы беспилотников полностью. Адаптация «Вихря» под дрон — уже сделанный шаг. Но пока это, скорее, технический задел, чем боевая необходимость.

Вертолёты Ми-28НМ тем временем получают новые датчики для защиты от FPV-дронов. Системы радиоэлектронной борьбы ставят прямо на борт. То есть машина не только бьёт, но и защищается сама.

Получается замкнутый контур. Вертолёт охотится на дроны, а дроны охотятся на вертолёт. И в этой гонке вооружений пока выигрывает тот, у кого больше опций для противодействия.

«Вихрь» — одна из таких опций. Ракета проверенная, доведённая, с боевым опытом. И её использование с вертолёта — не импровизация, а отработанная схема.

Вопрос лишь в том, как долго эта схема останется актуальной. Беспилотники дешевеют, их становится больше, а тактика массовых налётов совершенствуется. Возможно, через пару лет вертолёты перестанут справляться в одиночку.

Но пока, по оценкам специалистов, именно пилотируемая авиация остаётся самым надёжным ответом на угрозу с неба. По крайней мере, в нынешних условиях.