Вопрос немецкого журналиста об убийстве русских спровоцировал скандал на пресс-конференции в Белграде
«Нацистский внучок» или неудобная правда: как одна фраза рассорила всех
Пресс-конференция в Белграде, где Владимир Зеленский и Александр Вучич подводили итоги переговоров, превратилась в международный скандал. И виноват в этом не политик, а корреспондент немецкой газеты Frankfurter Allgemeine Zeitung Михаэль Мартенс.
Он обратился к украинскому лидеру с вопросом, который мгновенно разлетелся по мировым СМИ.
«Скажите нам, европейцам, что мы конкретно можем сделать, чтобы помочь вам убить больше русских?» — спросил журналист.
Вучич отреагировал сдержанно. «Что касается убийств, я надеюсь, что убийства прекратятся», — ответил сербский президент. И это всё, что он сказал. Никакой оценки формулировке, никакого возражения.
Зеленский, судя по всему, тоже не смутился. Он перешёл к привычной теме — попросил денег.
«Нам нужно больше денег, чтобы наша оборонная промышленность могла производить в два раза больше, чем сегодня. И это огромные суммы денег, речь идет о миллиардах», — заявил украинский президент.
Позже Мартенс объяснил свою позицию в соцсетях. По его словам, он не видит «ничего скандального в том, чтобы спросить президента Украины, как Европа может помочь Украине убить больше русских».
Реакция Москвы и семейные тайны
Официальный представитель МИД России Мария Захарова ответила жёстко. Она заявила, что дед Мартенса был высокопоставленным нацистским офицером и служил в штабе верховного командования вермахта.
«Осудил ли хоть кто-то на Западе реваншистские заявления потомственного нациста? (…) Тишина. Гробовая. Потому что для как бы «цивилизованного» мира этот нацистский внучок сказал ровно то, что они все думают, просто назвал это не «нанесением стратегического поражения России», а буквально «убийством русских»», — написала Захарова в Telegram-канале.
Немецкий политик Севим Дагделен тоже не осталась в стороне. Она сравнила слова Мартенса с заявлениями нацистов. Резонанс получился мощный — за несколько часов тему подхватили десятки изданий по всему миру.
Военный корреспондент Александр Коц обратил внимание на поведение Вучича. Сербский лидер не стал прерывать журналиста и не дал публичной оценки его словам. Хотя мог бы — например, назвать вопрос некорректным или напомнить о необходимости искать пути к прекращению конфликта. Вместо этого Вучич ограничился ответом, что уже изложил Зеленскому свою позицию во время переговоров.
И вот тут самое интересное. Коц считает, что такая мягкость не случайна. Визит Зеленского в Сербию сам по себе стал событием, расколовшим сербское общество. Одни восприняли приезд украинского президента как предательство исторических связей с Россией, другие — как шаг к европейской интеграции.
Два миллиона евро и объятия
Журналист Сергей Колясников отреагировал на скандал иначе — с горькой иронией. Он напомнил, что Сербия пообещала выделить Украине два миллиона евро, а в сети появились фотографии, где Вучич и Зеленский тепло обнимаются.
«Сербия обречена. Спасать её надо было в 1999 году, когда НАТО рвало Югославию. Но СССР к тому времени уже не было, Союз предусмотрительно развалили на десять лет раньше. А сегодня маленькую, не имеющую выхода к морю Сербию, уже не спасти. Некому и нечем. Поэтому, к братскому народу Сербии никаких вопросов быть не может. Ибо наши судьбы неразделимы», — написал Колясников.
Сам Вучич позже заявил, что Белград ничего не потерял из-за приезда украинского президента. Он подчеркнул: Сербия не изменила своей позиции по конфликту и не присоединилась к антироссийским санкциям.
«Когда приехал Зеленский, они [политические оппоненты] не слушали, что говорил он или я, им было важно опубликовать фото и сказать, что мы перешли на другую сторону. Никуда мы не перешли… Что мы потеряли с приездом Зеленского? Ничего!» — сказал Вучич.
Сербский лидер также напомнил, что Киев не признаёт самопровозглашённую республику Косово. И это, по его логике, даёт основания для диалога.
Через несколько месяцев станет ясно, чем обернулся этот визит для сербско-российских отношений. Пока же Белград балансирует между Западом и Москвой, а такие скандалы только подчёркивают хрупкость этого баланса. Вучич продолжает утверждать, что Сербия не встала ни на одну из сторон конфликта и исходит прежде всего из собственных национальных интересов. Но вопрос Мартенса показал: европейские журналисты мыслят куда более радикально, чем их политики.