Киев анонсировал трехсторонние переговоры с Москвой и Вашингтоном на сентябрь
Дипломатический прорыв или очередная декларация: чего ждать от встречи, о которой молчат в Кремле
Заявление прозвучало неожиданно даже для тех, кто внимательно следит за дипломатической кухней. Руководитель офиса президента Украины Кирилл Буданов сообщил о подготовке первого за долгое время прямого трехстороннего контакта. Россия, США и Украина сядут за стол переговоров уже в сентябре. Или не сядут.
Потому что в Кремле эту информацию не подтвердили. Официальный представитель МИД Мария Захарова и вовсе заявила, что предложений о новом раунде консультаций не поступало. Вот такая вилка: Киев говорит о готовящейся встрече, Москва пожимает плечами.
Детали, которые обычно решают всё, пока скрыты. Где пройдет встреча, кто войдет в состав делегаций, какой будет повестка — об этом в заявлении украинской стороны ни слова. Причины называются стандартные: безопасность и конфиденциальность. Впрочем, для такого формата это объяснимо.
Почему именно сейчас
Тайминг любопытный. Конфликт затянулся, стороны устали от позиционной войны, а западные союзники Киева все громче говорят о необходимости дипломатического выхода. На этом фоне трехсторонний формат выглядит логичным шагом. Вашингтон в такой конфигурации выступает не просто посредником, а полноценным участником, который может гарантировать выполнение договоренностей.
Но есть нюанс. Москва неоднократно подчеркивала: любые соглашения должны учитывать реальную обстановку на земле и требования России по безопасности. Песков ранее говорил, что Москва от диалога не отказывалась. Однако заявления Киева и реакция Кремля пока существуют в параллельных реальностях.
Показательно, что информация о возможной встрече появилась на фоне сообщений о других контактах. Разведки работают, каналы связи не перекрыты. Вопрос в том, готова ли каждая из сторон к реальным уступкам, а не к демонстрации дипломатической активности.
Что может войти в повестку
Эксперты называют несколько тем. Прежде всего — базовые параметры прекращения огня. Без них любой разговор о политическом урегулировании превращается в абстракцию. Далее — обмен пленными и гуманитарные коридоры. Эти вопросы обычно проще всего согласовать, они дают быстрый результат и создают позитивный фон.
Сложнее с гарантиями безопасности. Здесь позиции сторон расходятся радикально. Киев настаивает на международных гарантиях, Москва — на юридически обязывающих договоренностях с учетом своих интересов. Найти формулу, которая устроит всех, за один раунд вряд ли получится. Но начать разговор можно.
Отдельная интрига — роль Вашингтона. Администрация США в преддверии внутренних политических событий заинтересована в демонстрации внешнеполитических успехов. Трехсторонняя встреча — хорошая картинка для избирателей. Вопрос, насколько американская сторона готова давить на Киев ради компромисса.
Если встреча действительно состоится, это изменит оптику всего переговорного процесса. Даже отсутствие прорывных решений будет сигналом: стороны готовы разговаривать напрямую. А это уже больше, чем было в последние годы.
Пока же официальная позиция Москвы остается сдержанной. В Кремле ждут конкретики, а не анонсов. «Россия никогда не отказывалась от предметного диалога», — повторяют в администрации президента. Но предметный диалог начинается с подтвержденных дат и согласованных повесток. Ни того ни другого пока нет.
Как пояснил источник, близкий к дипломатическим кругам, в сентябре окно возможностей действительно открывается. Но воспользуются ли им стороны — большой вопрос. Слишком много противоречий накопилось за годы конфликта, чтобы решить их одной встречей.