Китай рассматривает Иртыш как новый речной коридор к российской Арктике
В обход Берингова пролива: зачем Пекину судоходство по сибирской реке
Геополитические штормы последних лет перекроили карту мировой логистики. Красное море, Суэц, привычные сухопутные маршруты — всё это теперь зона турбулентности. На этом фоне в Пекине всерьёз задумались о запасном аэродроме. И нашли его в сибирской глубинке.
Гонконгская South China Morning Post со ссылкой на экспертов сообщает: Москва и Пекин прорабатывают идею превратить Иртыш в грузовую артерию. Река тянется на 4,2 тысячи километров — от Синьцзян-Уйгурского округа через Казахстан и Россию, где впадает в Обь. А Обь уже выводит к Северному Ледовитому океану.
Схема получается изящной. Весь маршрут — по территориям трёх стран, без единого выхода в чужие воды. Никаких проливов, которые можно перекрыть, никаких зависимостей от чужих портов.
Почему Берингов пролив больше не выглядит надёжным
Сейчас основной вариант выхода китайских судов в Арктику — через Берингов пролив. Но именно этот участок и вызывает у Пекина всё больше вопросов. Контроль над ключевыми морскими коммуникациями в условиях обострения международной обстановки превращается в отдельный фактор риска. Один неверный шаг — и арктические амбиции упираются в чужую волю.
Профессор Дальневосточного федерального университета Артём Лукин формулирует жёстко: если Китай хочет гарантированного доступа к Северному Ледовитому океану, ему нужно решить дилемму Берингова пролива. Коридор по Иртышу — одно из очевидных решений.
«Если Китай хочет гарантированного доступа к Северному Ледовитому океану, ему нужно решить дилемму Берингова пролива. Коридор по Иртышу – одно из очевидных решений», — заявил Лукин.
Логика понятна. Внутренние водные пути — это территория, где действуют свои правила. Их не заблокирует эскадра, не остановит санкционное давление. Река — она ничья и одновременно своя.
Сотрудник Шанхайского института международных исследований Чжао Лун обращает внимание на системный сдвиг. Традиционные коридоры — и сухопутные, и морские — всё чаще сталкиваются с последствиями геополитических конфликтов. И последствия эти, по его словам, становятся всё более долгосрочными.
«И сухопутные транспортные коридоры, и морские судоходные линии сталкиваются с последствиями геополитических конфликтов, и эти последствия становятся всё более долгосрочными и выраженными», — отметил эксперт.
Для Пекина проект интересен прежде всего ресурсами. Российская Арктика — это газ, нефть, редкоземельные металлы. Судоходство по Иртышу дало бы возможность части грузопотока идти внутренними путями, минуя океанскую логистику с её рисками.
Понятно, что в ближайшие месяцы реку не превратят в оживлённую магистраль. Нужны дноуглубительные работы, инфраструктура, согласование режимов судоходства между тремя странами. Но сам факт того, что такая опция всерьёз обсуждается, говорит о многом.
Кстати, интерес Китая к арктическому направлению растёт не на пустом месте. Таяние льдов делает Северный морской путь доступнее, а конфликты и пиратство в районе Суэцкого канала подталкивают к поиску альтернатив. СПГ с Балтики уже впервые идёт в Китай в обход Европы. Тенденция очевидна: логистические цепочки перестраиваются, и Сибирь в этой новой конфигурации может занять совсем иное место.