Путин объяснил некритичность дефицита бюджета низким уровнем госдолга России

Дефицит федерального бюджета на 6,4 триллиона: почему президент не считает это проблемой

Разрыв между доходами и расходами федеральной казны за семь месяцев составил 6,4 трлн рублей. Но глава государства на пленарной сессии Восточного экономического форума отреагировал на него спокойно.

«Да, дефицит есть, но он некритичный. Если иметь в виду, что у нас один из самых низких показателей долга государственного в мире, то ничего критичного здесь нет», — заявил Владимир Путин, отвечая на вопрос о состоянии государственных финансов.

Такая позиция подкрепляется данными о долговой нагрузке. Долговая нагрузка России действительно находится на уровне около 18,6% ВВП по итогам года. Для сравнения: у большинства европейских стран, США и Японии этот показатель превышает 60–100%. Разница принципиальная.

Минфин приводит свою версию происходящего. Дефицит, по данным ведомства, сложился из-за опережающего финансирования расходов. Госконтракты заключаются оперативно, отдельные статьи авансируются раньше графика. Доходы при этом не падают — напротив, за январь–июль в бюджет поступило 22,1 триллиона рублей, что на 8,8% больше, чем годом ранее.

Таким образом, доходы растут, а расходы авансируются. Денег в казну приходит больше. Просто тратят их быстрее и с опережением плановых сроков.

Почему низкий госдолг меняет восприятие дефицита

Экономисты давно рассматривают эти два показателя в связке. Сам по себе дефицит — не приговор. Всё зависит от того, каким запасом прочности располагает государство.

При госдолге менее 19% ВВП у России остаётся широкое пространство для заимствований. Покрыть текущий разрыв не составит труда даже в случае ухудшения конъюнктуры. В развитых экономиках, где соотношение долга к ВВП запредельное, сопоставимый по размеру дефицит вызвал бы куда больше тревоги. Там каждый дополнительный триллион заимствований упирается в потолок долговой устойчивости.

При этом объяснение Минфина про временный технический разрыв в графике исполнения бюджета подкрепляет позицию президента. Речь идёт не о структурной проблеме государственных финансов, а о кассовом разрыве, который закроется по мере исполнения плановых назначений.

К концу года картина, скорее всего, выровняется. Расходы, профинансированные авансом в первом полугодии, уже не потребуют таких объёмов средств во втором. Доходы продолжат поступать в соответствии с макроэкономическим прогнозом.

Для смежных отраслей это означает сохранение текущих темпов госзаказа. Подрядчики, работающие по госконтрактам, в ближайшие месяцы не столкнутся с задержками платежей — деньги на счета уже заведены. А вот ставки по внутренним заимствованиям могут остаться под давлением: Минфину всё же придётся размещать облигации для покрытия разрыва, и это будет влиять на доходность на рынке.

«Да, дефицит есть, но он некритичный», — повторил президент, словно отсекая все возможные вопросы о состоянии казны.