Столик у окна

В конце ноября днм темно почти так же, как ночью. Свет в кафе включили ещ до четырх. На улице шл мокрый снег, машины ехали медленно, люди проходили мимо окон, втянув головы в воротники.Он пришл ровно в пять. Добрый вечер, сказала официантка Нина. Добрый вечер. Как обычно? Да, пожалуйста.Она включила лампу на подоконнике у его столика и пошла за чайником.Новенький официант Лша стоял у стойки и скручивал накрахмаленные салфетки в красивые пирамидки. Опять наш странный четверговый, сказал он тихо.Семн Ильич, пожилой бармен, посмотрел на него. Работай. Я работаю. Тогда работай молча.Лша пожал плечами. Да что я сказал? Ничего хорошего.Лша хотел ответить, но Нина вернулась с чайником, и он промолчал.Мужчина снял пальто и повесил его на спинку соседнего стула. Пальто было мокрое на плечах. Шарф он сложил не так аккуратно, как обычно. Нина это заметила, когда ставила перед ним чашку. Снег противный, сказала она. Да. Мокрый. Омлет ещ делают. Вам омлет? Да. Спасибо.Она забрала меню, хотя он его не открывал.Он ел медленно. Так он ел всегда. Но в тот вечер медленнее. Чайник долго оставался наполовину полным. Когда Нина принесла пирог, он сказал спасибо и некоторое время не брал вилку. Пирог сегодня нормальный, сказала она. Да? Я пробовала край. Нормальный. Тогда хорошо.Он съел сначала середину. Потом край. Так ела его жена, сказал однажды Семн Ильич. Нина тогда ещ спросила, откуда он знает. Помню, сказал он. Давно было? Очень. Они сюда вместе ходили? Ходили. Часто? Сначала часто. Потом реже. А потом? Потом не ходили.Столик у окнаВ конце ноября днм темно почти так же, как ночью. Свет в кафе включили ещ до четырх. На улице шл мокрый снег, машины ехали медленно,…