Демобилизация мобилизованных: чего ждать и почему опять тишина

Тема демобилизации мобилизованных в последние дни снова разогрела информационное поле. Кажется, каждую неделю всплывают то «утвержденные графики», то заявления депутатов, то тихие ответы из кабинетов. Но если собрать все последние новости на сегодня в одну картину, ясности не прибавляется — скорее наоборот.

Минобороны уже не раз выходило с официальными опровержениями. Информация о якобы готовящихся планах массовой демобилизации — «вбросы, не соответствующие действительности». Формулировка жесткая, но суть понятна: никакого указа о демобилизации с СВО на столе у президента пока нет. Хотя слухи о демобилизации подогреваются регулярно — то из телеграм-каналов, то от «источников, близких к администрации».

В Госдуме тем временем не прекращается работа. Несколько комитетов обсуждают поправки, которые расширили бы список оснований для увольнения военнослужащих. Речь идет не только о ранениях, но и о семейных обстоятельствах. Парламентарии признают: текущий порядок увольнения мобилизованных слишком узкий, он не учитывает массу ситуаций, когда люди вынуждены оставаться на фронте при тяжелых домашних обстоятельствах. «Нужен новый закон, который охватит все нюансы», — цитируют одного из чиновников федеральные СМИ. Но пока это только разговоры — сроки демобилизации мобилизованных остаются неопределенными.

При этом ротация и замена мобилизованных формально существует, но на практике, как говорят сами бойцы, происходит редко. В основном тех, кто провел на передовой больше года, переводят на тыловые позиции или отправляют в краткосрочные отпуска. Полноценного возвращения домой для всех, кто был призван в 2022 году, так и не случилось. Продолжительность службы мобилизованных фактически стала бессрочной — до особого распоряжения.

Есть и другая сторона — тыловая. В регионах уже начали готовить инфраструктуру для приема ветеранов, но пока точечно. С 1 января 2026 года заработал социальный контракт для демобилизованных участников СВО — он предполагает помощь в открытии своего дела, переобучении, трудоустройстве. Льготы и выплаты демобилизованным прописаны в ряде законов, но получить их можно только после официального увольнения. А оно, как мы понимаем, пока массово не запущено.

В военкоматах тоже сохраняется напряжение. С одной стороны, призыв по частичной мобилизации официально завершен, и новых волн не объявляли. С другой — слухи о новой частичной мобилизации возникают регулярно, и каждый раз их опровергают. Понятно: любое упоминание этой темы вызывает тревогу у тысяч семей.

Инициативные группы жен и матерей продолжают писать запросы. Недавно они получили очередной ответ — довольно обтекаемый, без конкретики по датам. В нем подтвердили, что вопрос рассматривается, но окончательное решение за президентом. Пока президент о демобилизации публично не высказывался в формате конкретных поручений.

На этом фоне депутаты предлагают закрепить в законе четкие критерии: например, право на увольнение после 18 месяцев службы, или при определенном количестве боевых выходов, или при наличии двух и более детей. Но закон о демобилизации 2025 года так и не был принят в том виде, который устроил бы всех. Сейчас обсуждается новая редакция.

В итоге мы имеем классическую ситуацию: официально никто не говорит «нет», но и «да» не произносит. Возвращение мобилизованных домой — вопрос, который решается не одним указом, а целым комплексом решений: от кадрового обеспечения армии до социальных гарантий. Пока на фронте сохраняется потребность в людях, массовая демобилизация маловероятна. Но движение в сторону упорядочивания увольнений есть — законодатели и общественники продолжают давить, и постепенно механизм начинает шевелиться.

Что будет завтра — не знает никто. Но одно очевидно: тема не утихнет, пока каждый мобилизованный не получит четкого ответа о сроках своего возвращения.