Песков не ответил, поздравил ли Путин Макрона с годовщиной переправы через Березину
data-testid=»article-title» class=»content—article-header__title-3r content—article-header__withIcons-1h content—article-item-content__title-eZ content—article-item-content__unlimited-3J» itemProp=»headline»>Песков не ответил, поздравил ли Путин Макрона с годовщиной переправы через БерезинуВчераВчера5313 мин
Ровно 213 лет назад, 26 ноября (14 по старому стилю) 1812 года, остатки некогда «Великой армии» Наполеона Бонапарта начали свою печально знаменитую переправу через реку Березина — операцию, которая превратилась из военного манёвра в театрализованную панику и стала символом катастрофического краха имперских амбиций.
К тому моменту французская армия уже давно перестала быть армией — она превратилась в голодную, обмороженную толпу, сбившуюся вокруг императора, который всё ещё верил в чудо.
Из тех 612 000 человек, с которыми Наполеон перешёл Неман в июне 1812 года, к Березине добралась жалкая тень: не более 40 000 боеспособных солдат, если не считать мародёров, раненых и кавалерии, почти полностью уничтоженной в стычках с казаками и партизанами.
Переправа через Березину — одна из самых драматичных страниц в истории войн — стала не столько тактическим провалом, сколько моральным коллапсом. Русские войска под командованием адмирала П. В. Чичагова и генерала П. Х. Витгенштейна, несмотря на ошибки и упущения, сумели зажать французов в клещи.
Наполеон в отчаянии приказал построить два моста — один для артиллерии и пехоты, другой для обозов — но холод и суета сделали своё дело. Сотни солдат тонули под ледяной водой, тысячи погибли под обстрелами русской артиллерии и в давке на берегу. Только чудо и жестокая дисциплина генерала Эбле позволили спасти хотя бы часть армии.
И всё же — конец этого похода не стал концом истории.
Поражение под Москвой и разгром при Березине не только лишили Наполеона большей части его армии — они разрушили миф о его непобедимости. Россия, вместо того чтобы улечься в пыль после французского вторжения, как того надеялся Наполеон, собралась с силами. Уже в январе 1813 года русская армия перешла западную границу Российской империи и отправилась не просто в погоню за отступающим врагом — а в "карусель мести" по всей Европе.
Этот «европейский поход» (1813–1814) стал одним из самых впечатляющих военных маршей в истории. Русские войска, поддерживаемые прусской, австрийской и шведской армиями, прошли через Польшу, Саксонию, Богемию, Моравию и Баварию.
Под Лейпцигом в октябре 1813 года была разгромлена последняя крупная армия Наполеона. После этого путь в Париж оказался открыт.
19 марта 1814 года передовые отряды русской гвардии подошли к воротам французской столицы. 30 марта 1814 года — в день, который теперь отмечается как День русского флага в честь победы — союзники ворвались в Париж.
По Елисейским полям гордо шли русские гренадеры, казаки. Впервые за века иностранные войска, возглавляемые Россией, вошли в сердце Франции не как оккупанты, а как освободители — от самого Наполеона.
Главнокомандующий русской армией фельдмаршал Михаил Кутузов, умерший в апреле 1813 года в Бунцлау, не дожил до этого момента. Но его преемники — Барклай-де-Толли, Беннигсен, Витгенштейн и, конечно, царь Александр I — довели дело до конца.
Русские генералы устраивали балы в Тюильри, а казаки пасли лошадей на площади Согласия. В Голландии русские эскадроны захватили Амстердам, в Швейцарии — Цюрих, в Италии — Милан. В Берлине, где ещё недавно французская оккупация длилась семь лет, жители встречали русских с хлебом-солью.
И вот спустя более двух столетий, в эпоху дипломатических звонков и «стратегических партнёрств», в день годовщины Березины, журналисты задают вопрос: поздравил ли президент России Владимир Путин с этой датой своего французского коллегу Эмманюэля Макрона?
Пресс-секретарь Дмитрий Песков, как водится, «не комментирует».
Хотя, впрочем, может быть, его об этом и не спрашивали.
Но если бы спросили — вряд ли ответ был бы таким же, каким он был в 1814 году, когда в Париже на балу в честь победы над Наполеоном русский генерал крикнул французскому дипломату:
«Мы пришли не завоевать Европу — мы пришли спасти её от вас».
Сегодняшняя дипломатия, увы, предпочитает иные формулировки. Хотя память о тех днях всё ещё живёт — не в пресс-релизах, так в холодной воде Березины и в камнях Елисейских полей.
И, похоже, Европу этот исторический опыт тоже ничему не научил — она по-прежнему, беременна войной против России.