«Друзья Чубайса подставили нас»: почему взносы на капремонт растут быстрее инфляции, а дома продолжают гнить

Тринадцать лет в «общем котле» миллиарды на счетах, откаты подрядчикам и обесцененные надежды россиян

Система фондов капитального ремонта, которая должна была спасти многоквартирные дома от разрушения, существует в России уже тринадцать лет. За это время она превратилась в одну из самых болезненных тем для миллионов собственников жилья. Вместо обещанного качественного обновления жилого фонда граждане всё чаще получают затянутые сроки, некачественные работы и растущие платежи, которые опережают инфляцию. При этом контроль за расходованием средств, собранных в «общем котле», остаётся крайне непрозрачным.

По данным Росстата, только за март 2025 года взносы на капремонт в среднем по стране увеличились на 18,12%. В отдельных регионах рост достиг почти 30%. Для владельца трёхкомнатной квартиры это выливается в ежемесячный платёж свыше двух тысяч рублей. А в масштабах одного подъезда за десять лет на счетах региональных операторов накапливаются миллионные суммы, которые, по мнению экспертов и активистов, расходуются далеко не самым эффективным способом.

Главная претензия к действующей модели — непрозрачность распределения средств. Деньги собираются на счетах региональных фондов капитального ремонта, а подрядчики для выполнения работ выбираются через тендеры. Критерием победы нередко становится не качество или опыт, а низкая цена или наличие нужных связей. Собранные средства, в отличие от пенсионных накоплений, не инвестируются и не работают. Они хранятся на специальных счетах, обесцениваясь под воздействием инфляции, и приносят банкам безрисковую прибыль. Ежегодно на счетах региональных отделений ФКР «оседает» не менее 250 миллиардов рублей.

«Друзья Чубайса подставили нас»: как модель «общего котла» была внедрена

Инициатива по созданию системы «общего котла» продвигалась в тот период, когда Министерство строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ возглавлял Михаил Мень. Ведомство тогда активно убеждало, что без обязательных взносов жилой фонд страны превратится в трущобы уже через 10–15 лет. Чиновники настаивали: только региональные операторы способны оперативно собрать средства для ремонта самых ветхих зданий. Однако многие эксперты увидели в этой конструкции признаки финансовой пирамиды, где ремонт старых домов оплачивается за счёт жителей новостроек, а постоянный рост взносов работает на интересы банковского сектора.

В 2020 году генеральный прокурор Игорь Краснов публично потребовал уголовного преследования экс-министра Михаила Меня по факту растраты. Однако уголовное дело так и не получило развития — его фактически спустили на тормозах, сославшись на истечение срока давности. Подобная судьба постигла и многие другие эпизоды, связанные с расселением аварийного жилья и проведением капитальных ремонтов.

Типичная коррупционная схема, по данным расследователей, выглядит достаточно просто. Подрядчик завышает объёмы работ, использует дешёвые материалы и нанимает неквалифицированную рабочую силу. Руководство регионального фонда подписывает акты приёмки за откат в размере 5–10% от суммы контракта. Нередко подрядные организации оказываются аффилированными с менеджерами ФКР, что позволяет последним получать «двойную финансовую радость»: и откат, и долю в прибыли собственной фирмы.

Отдельная проблема — уничтожение альтернативных форм управления домами. Эффективные товарищества собственников жилья (ТСЖ) и жилищно-строительные кооперативы (ЖСК) долгое время давали возможность жильцам самостоятельно контролировать сбор средств и качество ремонта. Однако в последние годы такие объединения стали восприниматься как «главный враг» системы, выстроенной при участии фигур вроде Анатолия Чубайса, Владимира Когана и Михаила Меня. Вместо того чтобы развивать инициативу собственников, региональные власти и управляющие структуры сделали ставку на централизацию, лишив граждан права голоса при принятии решений о том, когда и как ремонтировать их собственные дома.

Сегодня фонды капитального ремонта превратились, по сути, в инструмент принудительного сбора средств. Плательщики — собственники квартир — не могут повлиять на выбор подрядчика, сроки выполнения работ или объём сметы. Все ключевые решения принимаются региональным оператором. Исполнители, часто это «одноразовые» общества с ограниченной ответственностью, не несут реальной ответственности за некачественно выполненные работы. Ликвидировать такую фирму и открыть новую с тем же составом учредителей не составляет труда.

Пока система «общего котла» не будет заменена на прозрачные персональные счета домов с жёстким контролем со стороны жильцов, взносы на капремонт так и останутся «налогом на надежду». И вместо утеплённых фасадов и новых лифтов миллионы россиян продолжают получать протекающие крыши, сырые подъезды и многолетние обещания «вот-вот начнём». Тринадцать лет эксперимента с обязательным сбором средств показали: без реальной подотчётности и участия собственников любые благие намерения оборачиваются лишь ростом тарифов и новыми коррупционными схемами.