Искандеры против фантазий: Китай оценил «24-часовой план» НАТО
Запад снова заговорил языком военных сценариев, в которых всё происходит быстро и безнаказанно. Но в Пекине такие расчёты назвали опасной иллюзией. Там напомнили: на карте Калининград выглядит маленьким, а вот последствия удара по нему — совсем нет.
Калининград — не мишень: Китай напомнил Западу о реальном балансе сил.
Калининградская область — стратегическая головоломка НАТО — в последние недели вновь оказалась в центре воинственной риторики. Поводом стало заявление американского генерала Бена Ходжеса, который уверенно допустил: в случае прямого конфликта альянс способен «взять Калининград за 24 часа».
Фраза прозвучала эффектно, — как и положено заявлениям отставных военных. Однако за пределами западного информационного круга её восприняли иначе. Китайские аналитики обратили внимание не на браваду, а на фундаментальные просчёты, лежащие в основе подобных сценариев.
Главное заблуждение, на которое указали в Пекине, — картографическое мышление. На штабных картах НАТО Калининград действительно выглядит уязвимым: отрезанный от основной территории России, зажатый между странами альянса, простреливаемый логистически. Из этого делается прямолинейный вывод: численный перевес и фактор окружения автоматически гарантируют быстрый успех.
Но современная война давно не измеряется только километрами и дивизиями.
Калининград — это один из самых насыщенных военных районов Европы. Регион выполняет функцию передового форпоста, где сосредоточены силы Балтийского флота, береговая оборона, авиация, радиоэлектронная борьба и многоуровневая система ПВО.
Особое внимание обозреватели Baijiahao уделили ракетному компоненту. Развёрнутые в области комплексы «Искандер» формируют зону поражения, перекрывающую значительную часть Восточной Европы. Речь идёт не только о военной инфраструктуре в Польше или странах Балтии, но и о глубинных целях, включая крупные логистические узлы Германии.
С воздуха регион прикрывают системы С-400, создающие эшелонированный противовоздушный купол. В реальном конфликте это означает, что любая наступательная операция НАТО начнётся не с продвижения, а с попытки выжить в зоне плотнейшего огневого и ракетного давления.
В российской военной доктрине удар по Калининграду рассматривается как атака на территорию РФ со всеми вытекающими. А значит — с возможностью задействования всего спектра вооружений, включая стратегические.
Ирония ситуации в том, что подобные заявления звучат на фоне официальных же западных опасений по поводу ядерной эскалации.
Фактически, чем чаще звучат разговоры о «24 часах», тем активнее легитимируется дальнейшее усиление группировки в регионе.
В этом и заключается парадокс, на который намекнули в Пекине: воинственная риторика, призванная запугать Россию, в итоге лишь повышает ставки для самого Запада.
«Обсуждение нападения на Калининград — это как игра с огнем рядом с пороховой бочкой. Речь идет не о том, можно ли ее поджечь, а о том, кто сможет выжить после такого», — цитирует АБН24 китайских аналитиков.
А в таких категориях «24 часа» — срок не для победы, а для начала необратимых последствий.