Окно возможностей

События на Ближнем Востоке едва не оставили «без работы» автора, которому редакция поручила регулярно освещать политическую составляющую украинского конфликта.

Действительно, Украина, как предмет внимания и «хлопот» мирового сообщества, предсказуемо отошла на второй план, а планировавшийся, никто уже не вспомнит какой по счёту раунд мирных переговоров, перенесён на неопределённый срок (подозреваю, к «глубокому удовлетворению» почти всех участников, если не политическому, то во всяком случае сугубо житейскому: ну кому не надоест бессмысленно и бесконечно толочь воду в ступе).

Правда, при всей своей нынешней «занятости», Трамп несколько раз вспомнил и про Украину, в частности, заявив, что «Зеленскому следует взяться за дело и заключить сделку, чтобы положить конец конфликту, потому что Путин готов к сделке. Зеленский не проявляет достаточной готовности к переговорам. У него нет козырей в рукаве, а теперь их еще меньше».

А ещё он дважды назвал Зеленского Барнумом по имени американского шоумена XIX века Финеаса Тейлора Барнума, чьё имя в США стало синонимом показухи и искусного самопиара. Колкость, а фактически — оскорбление.

Конечно, такт и деликатность, наверное, самые последние качества, присущие Дональду Трампу, но нужно заметить, что столь откровенно оскорбительных эпитетов в адрес киевского правителя он прежде себе не позволял, видимо, дабы не давать нового повода для нападок со стороны весьма многочисленной «проукраинской партии». Сейчас же, понятно, никто из-за этого поднимать скандал не стал, он бы был никому особо не интересен.

Тем более что, как мы не раз отмечали, сам Зеленский, может не так вызывающе, но вполне очевидно хамил Трампу. А злопамятность как раз очень даже присуща американскому президенту (не стоит недооценивать влияние сугубо личных человеческих качеств и отношений политиков на их решения, а значит, и ход мировой истории).

Зеленский же при этом, судя по всему, окончательно «поймал звезду», максимально приблизившись к стадии: «Чтобы ты сама ей служила. И была бы у ней на посылках».

Прежде всего он дезавуировал свои недавние неоднократные заявления о том, что для проведения новых выборов нужно перемирие, т. е. свое фактическое согласие на их проведение в таких условиях. Теперь он заявил, что выборы возможны только после заключения «окончательного» мира, правда, кокетливо добавив, что «и я совсем не уверен, что буду баллотироваться. Я посмотрю, чего хотят украинцы».

Далее в нашем «рейтинге» его невменяемости набирающий обороты конфликт с Венгрией, вплоть до прямых угроз лично Виктору Орбану, как-никак главе государства — члена НАТО и ЕС.

Конечно, его в Брюсселе и большинстве европейских столиц (но не в Вашингтоне), мягко говоря, не любят, но в свете происходящего на Ближнем Востоке позиция Орбана и там начинает встречать все больше понимания, пусть и «тактического».

Financial Times со ссылкой на дипломатов и чиновников ЕС сообщает, что глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и глава Евросовета Антониу Кошта во время визита в Киев 24 февраля просили украинское руководство предоставить им доступ к нефтепроводу «Дружба» для самостоятельной оценки ущерба, но получили отказ, причём посол ЕС на Украине Катарина Матернова также направляла запрос через Офис президента на проверку трубы, но и он был отклонён.

«Запрос на проверку», пусть и сделанный непублично (хотя и утечки почти всегда имеют санкционированный характер), — это чётко обозначенное и также носящее оскорбительный оттенок выражение недоверия, очевидного подозрения, что «партнер» попросту врёт. И до этого Зеленский довёл политиков, доселе отличавшихся безграничной и явно совершенно искренней симпатией к «правому делу» Украины, да и лично к Зеленскому.

Так он «отплатил за предобрейшее»: не пошел навстречу их пожеланию возобновить работу нефтепровода «Дружба», который исправно качал нефть до самого последнего времени.

При этом нынешняя позиция ЕС по отношению к «Дружбе» объясняется тем, что кризис вокруг нефтепровода на грядущих в Венгрии выборах уже играет скорей на руку Орбану, добавляя веса его риторике о том, что смена власти заставит Венгрию финансировать и поддерживать Киев в ущерб своим интересам.

Но главное, конечно, в том, что ныне и Брюссель крайне заинтересован в возобновлении работы «Дружбы», причем причины куда глубже, чем обеспечение снабжения нефтью двух небольших, но вызывающих раздражение стран (также Словакии), что несколько снизит тяжесть грядущего нефтяного кризиса для всего ЕС.

В складывающейся ситуации Венгрия вполне может стать хабом, посредником в продаже российской нефти в другие государства ЕС. Когда нефтяному рынку грозит не только ценовой шок, но и физический дефицит нефти, это очень серьезный повод «поступиться принципами», причём «это не мы, а Венгрия со Словакией».

К слову, этот рост цен и дефицит может ещё сильнее ударить по Украине, но Зеленский, похоже, совершенно теряет связь с реальностью, а возможно, и просто рассчитывает побольше выторговать за «уступки».

Явно надеется он и на большой профит, политический и чисто финансовый, от своего предложения о помощи в борьбе с иранскими дронами. Признаем, украинские военные (как и российские) обладают наибольшими компетенциями в этом новом, но оказавшемся столь эффективном средстве вооруженной борьбы.

Но очевидно и то, что «лишних» специалистов у киевского режима нет, антидроновая защита объектов на подконтрольной ему территории постоянно «протекает». Отвлечение значительных сил на Ближний Восток серьезно усугубит проблемы украинского ПВО.

Россия же тем временем сделала свой ход, когда Владимир Путин предложил правительству рассмотреть вопрос о прекращении поставок российского газа в ЕС (но пока не нефти), не дожидаясь вступления в силу запрета на его поставки от самого Евросоюза: с 1 января 2027 года для трубопроводного, а с 1 сентября того же года для сжиженного.

И действительно, с какой стороны ни посмотреть, зачем в погоне за сиюминутной выгодой ждать «до последнего», пока враг не завершит подготовку к отказу от нашего газа? Тем паче что проблемы, связанные с отказом от нашего газа у пока ещё покупателей, чрезвычайно усугубились.

Тем не менее в такой формулировке это пока не сам удар, а предупреждение о его возможности, которое, как всегда в таких случаях, является и предложением перейти к более здравой политике. Но что под этим подразумевается? Только ли отказ от принятого в январе ЕС решения о полном «самоэмбарго»?

Или российский сигнал простирается дальше, предлагая европейцам всерьёз заняться постепенной нормализацией отношений, для чего, понятно, нужно урегулировать «украинский вопрос» на приемлемых для России условиях, в чём европейцы действительно могут посодействовать, ведь сейчас Зеленский может рассчитывать только на их поддержку, и изменение их позиции ставит его в совсем уж безвыходное положение.

Пока тональность заявлений российских официальных лиц указывает на то, что Москва по-прежнему готова завершить конфликт на условиях Анкориджа. Так следует понимать и ответ Сергея Лаврова на вопрос об «испаряющемся» духе Анкориджа: «В Анкоридже дух был далеко не самым главным. Дух — это атмосфера, она была товарищеской, взаимоуважительной, конструктивной. Но дух испаряется».

То есть главным в Анкоридже было конкретное взаимопонимание, достигнутое на основе предложений американцев. И поскольку США очевидно не выполняют свою часть сделки — не могут склонить Зеленского принять условия России, — дух, атмосфера перестают иметь значение.

Лавров также сказал, что принятые предложения США уже являются серьезным компромиссом. По гарантиям безопасности, которые являются важнейшей частью переговоров, Лавров заявил, что Россия не то что не одобряла, а в глаза их не видела.

Есть основания полагать, что приведенная в начале материала тирада Трампа была сигналом Москве, как и то, что США впервые выступили против антироссийской резолюции МАГАТЭ, осуждающей атаки на энергетическую инфраструктуру Украины. В заявлении США говорится, что страна не поддерживает рассмотрение «ненужной резолюции», которая, по их мнению, не способствует достижению мира между Россией и Украиной.

Я не буду в очередной раз «высчитывать» шансы на то, что американцам удастся «дожать» Зеленского, как и на изменение позиции ключевых стран ЕС с учётом кардинально изменившейся ситуации на мировой «шахматной доске».

Более важным выглядит то, что сейчас идеальный момент для интенсификации усилий по выполнению задач СВО «на земле», в идеале дабы поставить всех перед «свершившимся фактом».

Мировому политикуму, как и общественному мнению, сейчас действительно не до Украины, большинство государств попросту пребывает в растерянности, с большим трудом нащупывая собственную «линию поведения», а, мягко говоря, риски для мировых поставок нефти и газа заставляют проводит по отношению к России куда более сдержанную политику.

Эти же энергетические проблемы откровенно экономически выгодны России, позволяют увеличить доходы бюджета и снизить санкционное давление на экономику, через которое (и угрозу его усиления) нас пытаются склонить к принципиальным уступкам.

Ну и в чисто военном плане можно практически однозначно говорить о том, что по крайней мере о поставках боеприпасов к системам ПВО Зеленскому можно забыть. Он уже пожаловался, что за неделю на Ближнем Востоке израсходовали больше ракет к «Пэтриотам», чем он получил за всю войну. Запасы «коллективного Запада» теперь придется восполнять долго.

А значит, в очень скором времени, помимо усиления эффективности ударов ракет и БПЛА, для нашей пилотируемой авиации возникнет ситуация «чистого неба», кардинально усиливающая её боевые возможности, включая непосредственную поддержку войск на поле боя и в ближайших тылах противника со всеми вытекающими из этого для него последствиями.

И выскажу мнение, что не стоит откладывать с проведением таких «мероприятий», скажем, в расчёте на то, что «партнеры» ещё сильнее завязнут на Ближнем Востоке, что ситуация на рынке энергоносителей даст нам ещё больше козырей и т. п.

Появившееся «окно возможностей», на самом деле, может закрыться в любой момент. Политика и война, особенно когда они идут в «связке», — вещи непредсказуемые, а субъективное восприятие происходящего, построенное на не всегда достоверной информации (известно ведь, что во время войны врут больше всего, причём все) и личных пристрастиях может быть весьма обманчивым.

Неисчислимое число раз случалось, что совершенно непримиримые враги, казалось бы, «сжёгшие за собой все мосты» в бескомпромиссной борьбе, внезапно заключают мир, причём каждая из сторон заявляет о своей великой победе и полном выполнении поставленных задач.

Немногим реже бывало и такое, что сторона, внешне, казалось бы, крепко стоящая на ногах и даже «выигрывающая по очкам», рушится буквально за несколько дней или вынуждена капитулировать.

В общем, когда появляются дополнительные возможности, не стоит терять времени. Но это, повторюсь, сугубо субъективное мнение автора.

Александр Фидель