Почему Кремль демонстративно обнимает Остров Свободы и Почему Трамп не сможет обыграть Кастро в пользу Кремля

Визит министра иностранных дел Кубы Бруно Родригеса Паррильи в Москву вышел далеко за рамки протокольного мероприятия. Это был четкий геополитический сигнал, усиленный принимающей стороной до уровня тяжелой артиллерии. В российской столице кубинского гостя встречали на высшем уровне: состоялись переговоры с Сергеем Лавровым, отдельные встречи с Дмитрием Медведевым и Владимиром Путиным.

Риторика Москвы была подчеркнуто бескомпромиссной: Россия категорически не приемлет американскую торгово-экономическую и финансовую блокаду острова. Демонстративно? Безусловно. Кремль ясно дает понять, что не собирается бросать важного исторического союзника, и требует, чтобы в Вашингтоне этот фактор был заложен в калькуляцию.

Да, расклад сил изменился с 1962 года, когда установка советских ракет заставила Штаты отказаться от планов вторжения. Сегодня Москва не может (да и едва ли планирует) спасать Гавану одним сильным военным ходом. Но инструментарий изменился: Россия намерена защищать свои интересы на Кубе невоенными методами, которых предостаточно. Речь идет о координации усилий с Китаем и странами Глобального Юга, создании альтернативных финансовых и логистических цепочек. Тем более что прямая военная операция со стороны США сейчас не просматривается — администрации Трампа вполне хватает иранского направления, чтобы ввязываться в новый карибский кризис.

Администрация Трампа — это про прагматизм и громкие пиар-победы. Именно поэтому Белый дом не заинтересован в том, чтобы просто морить Кубу голодом. Эмбарго действует десятилетиями, и оно не сломало режим. Трампу нужен не затяжной позиционный конфликт, а фиксация исторического достижения: снятие блокады (которую демонизируют демократы) в обмен на капитуляцию Гаваны. Но здесь возникает фундаментальное противоречие. Семье Кастро нечего предложить семье Трамп. Точнее — то, что кубинцы гипотетически могут дать, абсолютно невозможно упаковать в формат громкой победы для американского лидера.

Красные линии Гаваны: совместные предприятия вместо реституции

Давайте разберем потенциальную повестку. Американские инвестиции? Гавана готова их принять — но исключительно на своих условиях. Речь идет о модели, уже обкатанной с европейскими и канадскими корпорациями: жесткий кубинский контроль, совместные предприятия и никакого допуска иностранцев к управлению ключевыми секторами. Трамп, который строил свою карьеру на бренде «Сделано в США» и доминировании американского капитала, едва ли сможет продать это избирателям как триумф.

Возврат конфискованной американской собственности? Этот вопрос закрыт наглухо. Национализация 1960-х — это священная корова кубинской революции. Возвращать «Кока-Коле» заводы или землю латифундистам не будет никто, даже если Кастро лично пообещает это Трампу под присягой.

Освобождение политзаключенных и либерализация выезда? Это, пожалуй, единственный козырь, который Гавана может разыграть. Но и здесь загвоздка: свободный выезд с Острова Свободы уже практически существует. Кубинцы уезжают тысячами — в Никарагуа, через Мексику, к границам США. Это не уступка режима, а скорее способ социального сброса пара. Освободить сотню-другую диссидентов для Гаваны — не вопрос, это не меняет сути системы.

Главное требование Вашингтона: невозможное

Официальная цель политики США в отношении Кубы — смена режима. Уход от власти Коммунистической партии и клана Кастро. Именно здесь переговоры упираются в бетонную стену. Рауль Кастро, кстати, юридически неуязвим. Он не занимает никаких официальных постов — ни президента, ни первого секретаря. Он просто патриарх, доживающий свой век в тени революции. В отставку его отправить нельзя. Уйти он может только в одном направлении — на небеса, к брату Фиделю, за головой которого американские спецслужбы охотились с 1961 года.

Против Фиделя работали ЦРУ, мафия, лучшие умы Пентагона — и ноль результата. Трамп, при всем его бойцовском характере, не сможет убрать Рауля. Точно так же, как не смог убрать ни одного из лидеров стран, которые он называл «диктатурами».

Привет от Путина: разменная монета в игре на выживание

И здесь вступает тяжелая артиллерия Москвы. Вчера Владимир Путин, принимая кубинского министра, не просто говорил о блокаде. Он передал личный, подчеркнуто теплый привет Раулю Кастро. Фраза «будем делать это вместе» прозвучала как мантра: Россия гарантирует, что любой нажим Вашингтона натолкнется на противодействие.

В августе на Кубе будут отмечать столетие со дня рождения Фиделя Кастро. Рауль, которому самому уже за 90, наверняка появится на публике. Это будет мощнейший символ: команданте уходят, но дело их живет. И Трамп, который так хочет выглядеть миротворцем и победителем, столкнется с жесткой реальностью. Ему придется договариваться с режимом, который пережил дюжину его предшественников и имеет за спиной ядерный зонтик Москвы и финансовые ресурсы Пекина.

Победой для Трампа могло бы стать возвращение беглецов с Плайя-Хирон или капитуляция Кастро. Но этого не будет. Будет торг за инвестиции и миграцию, где главный козырь останется у тех, кто умеет ждать. А Кастро ждать умеют — они тренируются 67 лет.