«Чемоданы не собирать»: Картаполов  про панику из-за слухов о второй волне мобилизации

Почти четыре года специальной военной операции — достаточный срок, чтобы любые, даже самые незначительные действия властей обрастали слухами и домыслами. Февраль 2026-го не стал исключением: в мессенджерах и соцсетях с новой силой разгорелись обсуждения возможной второй волны мобилизации. Причиной для беспокойства стали плановые сборы резервистов, которые ежегодно проходят в России. Корреспондент «Интересной России» изучил заявления Минобороны, позицию профильного комитета Госдумы и мнения военных аналитиков, чтобы разобраться, где заканчиваются факты и начинаются информационные вбросы.

Начнем с главного: в Министерстве обороны действительно вышел указ о проведении сборов граждан, которые находятся в мобилизационном резерве. Однако эксперты в один голос призывают не путать это понятие с мобилизацией. Речь идет исключительно о плановой подготовке тех, кто уже добровольно подписал контракт с военным ведомством. Эти люди в обычной жизни занимаются своими гражданскими делами, но периодически проходят переподготовку, чтобы поддерживать навыки на должном уровне.

В 2026 году график таких сборов прописан максимально четко. Резервисты привлекаются на срок до 30 суток интенсивной подготовки в год, плюс ежемесячные занятия продолжительностью до трех суток. При этом за ними сохраняется рабочее место, средний заработок, а также выплачивается дополнительное денежное довольствие. Основная задача сборов в этом году — укрепление тыла: охрана критически важных объектов инфраструктуры, транспортных узлов и участие в работе подразделений противовоздушной обороны.

Председатель комитета Государственной Думы по обороне Андрей Картаполов в своем заявлении, сделанном 14 февраля, был предельно конкретен. По его словам, вопрос о мобилизации в повестке дня не стоит и никаких предпосылок для ее объявления не существует.

«На сегодняшний день никаких предпосылок для объявления мобилизации не существует. Российская армия успешно выполняет поставленные задачи. Мы видим стабильно высокий поток добровольцев, желающих заключить контракт. Этого ресурса более чем достаточно для плановой ротации и ведения активных действий», — подчеркнул генерал-полковник.

Парламентарии обращают внимание на то, что за последние годы в стране выстроена эффективная система мотивации для военнослужащих. Высокие единовременные выплаты при подписании контракта и достойное ежемесячное жалованье сделали службу конкурентной альтернативой на рынке труда. Именно это, а не принудительные меры, позволяет закрывать потребности армии в личном составе.

Косвенным, но очень показательным доказательством того, что ставка делается на качество, а не на количество, стали изменения в медицинских стандартах, вступившие в силу с февраля 2026 года. Перечень заболеваний, с которыми нельзя заключить военный контракт, расширился с 26 до 35 пунктов. Теперь в него вошли все формы сахарного диабета, серьезные сердечно-сосудистые патологии, последствия тяжелых травм, ограничивающие подвижность, а также ряд специфических неврологических состояний. Другими словами, отбор стал жестче: армии нужны физически крепкие профессионалы, способные работать со сложной техникой.

Экономисты и военные аналитики, опрошенные редакцией, сходятся в одном: к 2026 году Россия окончательно перешла на рельсы профессионализации Вооруженных сил. Массовый призыв гражданских лиц из экономики в данный момент не просто не нужен, а откровенно вреден. Сохранение трудовых ресурсов на предприятиях, особенно в оборонно-промышленном комплексе и IT-секторе, является приоритетом государства. Кроме того, боевая эффективность одного подготовленного контрактника, как показывает практика, значительно выше, чем у нескольких неопытных призывников, которых еще нужно учить.

Подводя итог, можно констатировать: слухи о мобилизации весной 2026 года не имеют под собой фактической базы. Информационный фон вокруг этой темы зачастую подогревается извне с одной целью — создать социальную напряженность. Для подавляющего большинства гражданского населения России привычный уклад жизни этой весной останется неизменным. Государство продолжает придерживаться стратегии «высокотехнологичного профессионализма», где линию фронта удерживают те, кто осознанно выбрал военное дело своей профессией.