Прецедент по делу Ларисы Долиной: почему Верховный суд не стал панацеей для всех обманутых покупателей жилья

На фоне громкого судебного решения по иску к известной эстрадной певице Ларисе Долиной, которую выселили из квартиры в престижном районе Хамовники, многие поспешили сделать вывод о переломном моменте в борьбе с мошенничеством на рынке недвижимости. Однако эксперты в области права предостерегают от излишнего оптимизма. Решение Верховного суда РФ, безусловно, стало важным сигналом, но оно не гарантирует автоматической победы в каждом споре, где фигурируют так называемые «бабушкины схемы» или ссылки на непонимание сути сделки.

Как разъяснил в одном из своих телевизионных выступлений на канале «Россия 1» адвокат Александр Строкин, каждое подобное дело суд рассматривает строго индивидуально. Исход полностью зависит от того, какие доказательства смогут представить стороны. В основе большинства таких споров лежит статья 177 Гражданского кодекса РФ. Она позволяет признать сделку недействительной, если будет неоспоримо доказано, что гражданин в момент подписания документов не мог понимать значение своих действий или руководить ими.

Каждое подобное дело рассматривается индивидуально и зависит от конкретных доказательств, — подчеркнул адвокат Александр Строкин.

При этом юридические последствия могут различаться. В истории с Ларисой Долиной квартиру в итоге передали покупательнице, Полине Лурье. Однако в судебной практике нередки случаи, когда суд ограничивается лишь признанием сделки ничтожной. В такой ситуации недвижимость возвращается обратно продавцу, а на него возлагается обязанность вернуть покупателю все полученные денежные средства. Именно это и создает порой непреодолимые трудности для пострадавшей стороны.

Наглядной иллюстрацией служит дело семьи из Волгограда. Местный суд постановил вернуть квартиру, оцененную в 9 миллионов рублей, 90-летнему пенсионеру, который заявил, что стал жертвой мошеннических действий. Одновременно с этим пожилого мужчину обязали полностью компенсировать покупателям стоимость жилья. Однако, как сообщал телеканал «Царьград», покупатели-супруги считают такое решение во многом формальным. Они выражают серьезные сомнения в том, что смогут реально получить свои деньги обратно с небольшой пенсии пожилого человека, что ставит под вопрос практическую ценность выигранного судебного процесса.

Чем же дело Ларисы Долиной оказалось особенным и почему суд встал на сторону покупательницы? Мосгорсуд 25 декабря 2025 года постановил, что сделка по купле-продаже квартиры за 112 миллионов рублей является действительной, удовлетворив таким образом исковые требования Полины Лурье. Уже в январе 2026 года жилье официально перешло к новой владелице, а певица и ее родственники были сняты с регистрационного учета по этому адресу.

Ключевым отличием, определившим исход, стало отсутствие в материалах дела убедительных доказательств того, что продавец или его представители на момент заключения договора находились в состоянии, которое не позволяло им в полной мере осознавать юридические последствия своих действий. Суд тщательно изучил все обстоятельства и не нашел оснований для применения той самой статьи 177 ГК РФ, которая помогла волгоградскому пенсионеру. В случае с Долиной не было установлено фактов давления, обмана или недееспособности.

Таким образом, прецедент, созданный решением по делу известной певицы, безусловно, важен. Он служит четким ориентиром для судов, подтверждая, что сам по себе преклонный возраст или последующие сожаления продавца не являются достаточным основанием для отмены состоявшейся сделки. Однако он же и напоминает, что универсального решения не существует. Каждый спор требует кропотливой работы по сбору доказательств: медицинских справок, свидетельских показаний, экспертиз, документов, подтверждающих давление или введение в заблуждение.

Юристы советуют покупателям проявлять максимальную осмотрительность. При сделках с пожилыми людьми или лицами, которые могут быть признаны социально уязвимыми, крайне желательно привлекать нотариуса для заверения добровольности волеизъявления продавца, по возможности запрашивать справки из психоневрологических диспансеров и фиксировать весь процесс взаимодействия. Только так можно защитить себя от риска многолетних судебных разбирательств, где даже благоприятный вердикт может не вернуть ни денег, ни утраченного времени.