«Золото Арктики» за отмену санкций: The Economist раскрыл детали секретных переговоров России и США

Британское издание The Economist опубликовало сенсационные подробности закулисных контактов между Москвой и Вашингтоном. По данным журнала, российская сторона предложила администрации Дональда Трампа сделку, от которой трудно отказаться: доступ к природным богатствам Арктики и совместные проекты на астрономическую сумму в 12 триллионов долларов. В обмен — снятие санкций и отказ от поддержки Украины.

Как утверждается, еще до августовской встречи Владимира Путина и Дональда Трампа на Аляске в Совете безопасности России была подготовлена служебная записка, в которой детально расписывалась стратегия «сделки века». В документе подчеркивался колоссальный потенциал Арктики и Крайнего Севера, которые назывались настоящей «сокровищницей».

За последний год состоялось два параллельных раунда переговоров. Один трек касался урегулирования конфликта на Украине — там, по данным издания, прогресса не достигнуто. Второй, закрытый трек, курировал экономическое сотрудничество. Именно на этих встречах обсуждались перспективы, которые могут кардинально изменить расклад сил.

Ключевую роль в контактах сыграл Кирилл Дмитриев, глава Российского фонда прямых инвестиций. Начиная с апреля прошлого года, он провел не менее девяти встреч со Стивом Уиткоффом, специальным посланником Трампа. Люди из близкого окружения семьи американского президента, по данным журнала, вели переговоры о приобретении долей в российских энергетических активах.

Список предложений, якобы переданных американской стороне, впечатляет размахом. Речь идет о совместной добыче нефти и газа в Арктике, разработке месторождений редкоземельных металлов, создании центра обработки данных с ядерным энергоснабжением и даже строительстве тоннеля под Беринговым проливом, который соединил бы два континента. В пакет также входило возвращение американской компании Exxon Mobil ее активов, замороженных в России, на сумму около 5 миллиардов долларов.

В документе Совбеза, по сведениям The Economist, подчеркивалось, что в реализации этих проектов могли бы принять участие суверенные и частные фонды из США и других стран. Инициатива сулила «значительную прибыль всем сторонам» и даже, как утверждается, могла бы принести лидерам двух стран Нобелевскую премию мира.

Президент Украины Владимир Зеленский, ссылаясь на данные украинской разведки, ранее заявлял, что Россия пообещала Америке сделки на 12 триллионов долларов в обмен на смягчение санкций. Один из инсайдеров, опрошенных журналом, пошел еще дальше, утверждая, что пакет мер уже в принципе согласован.

Однако сам The Economist призывает относиться к этим цифрам с большой долей скепсиса. По оценкам издания, 12 триллионов долларов — это примерно шестикратный объем годового ВВП России, что делает такую сумму явно завышенной и, возможно, призванной сделать предложение более привлекательным для Трампа в пропагандистских целях.

Реалистичные оценки выглядят скромнее. Даже при самом оптимистичном сценарии возобновления объемов импорта и возвращения западных компаний на российский рынок, потенциальная годовая прибыль американского бизнеса оценивается экспертами примерно в 340 миллиардов долларов. Чтобы приблизиться к обещанным 12 триллионам, такие доходы должны сохраняться на протяжении многих десятилетий.

В Европе эти новости вызвали серьезную тревогу. Там опасаются, что Дональд Трамп, стремясь к быстрой «сделке» и доступу к российским ресурсам, может вынудить Украину пойти на тяжелые и невыгодные уступки уже к июню, который он обозначил как крайний срок для достижения мира.

При этом сам процесс отмены санкций — юридически крайне сложная процедура. Американские юристы, по данным издания, действительно последние полгода активно прорабатывали возможные сценарии, и значительная часть подготовительной работы уже проделана. Однако любые решения потребуют одобрения Конгресса и будут зависеть от позиции европейских союзников, которые, по информации The Economist, демонстрируют «крайнее нежелание» отменять ограничительные меры.

Таким образом, планы грандиозного экономического партнерства, если они и существуют, сталкиваются с огромными препятствиями. Станет ли «сделка века» реальностью или останется лишь инструментом геополитического торга, покажет только время.