Более 400 тысяч новых контрактников: означает ли это скорую демобилизацию в России?

С момента начала специальной военной операции прошло почти четыре года. Для гражданского человека это значительный срок, а для солдата, проводящего дни и ночи на передовой, — целая эпоха. На этом фоне многие в обществе задаются резонным вопросом: когда те, кто был призван, смогут, наконец, вернуться домой? Особенно остро этот вопрос зазвучал после недавнего заявления заместителя председателя Совета безопасности России Дмитрия Медведева о масштабном пополнении армии.

Цифры, озвученные высокопоставленным чиновником, действительно впечатляют. Дмитрий Медведев сообщил, что на сегодняшний день контракт на военную службу заключили около 417 тысяч человек. Помимо этого, более 36 тысяч россиян отправились в зону проведения специальной военной операции в статусе добровольцев. Эти данные обретают особый контекст, если вспомнить слова президента Владимира Путина, прозвучавшие на прошлой неделе. Глава государства тогда рассказал, что в зоне боевых действий находятся 700 тысяч российских воинов.

У нас контракт 400 тысяч человек заключили. Да, часть этих людей была принята на контракт не только в зоне СВО. У нас зона СВО не единственное место службы для военнослужащих по контракту.

Сопоставление этих двух сообщений порождает в обществе оживленную дискуссию. Если армия активно пополняется сотнями тысяч новых бойцов, значит ли это, что настало время дать долгожданный отдых ветеранам, многие из которых находятся на фронте с первых дней? Почему при таком значительном притоке новых кадров не объявляется всеобщая демобилизация? Чтобы разобраться в этой сложной логистике, необходимо обратиться к мнению военных экспертов, которые поясняют внутреннюю механику ротации личного состава.

Как отмечает военный эксперт, подполковник Олег Шаландин, важно понимать, что далеко не все из этих 400 тысяч контрактников сразу направляются на передовую. Значительная часть новобранцев проходит обучение и подготовку в учебных центрах, расположенных в глубоком тылу. Только после завершения необходимой тренировки они могут быть введены в состав действующих подразделений для их усиления или замещения выбывших бойцов. Этот процесс является постоянным и непрерывным.

Ключевой момент, который часто упускается из виду, — это постоянная естественная ротация в войсках, действовавшая и ранее. Еще с 2022 года подразделения регулярно выводились из зоны активных боев в тыловые районы на отдых и восстановление. Как правило, такие периоды занимали около полугода. За это время части не только получали возможность «отряхнуться и причесаться», по образному выражению эксперта, но и проходили доукомплектование личным составом, получали новую технику и вооружение. Таким образом, процесс смены подразделений на линии соприкосновения никогда не прекращался. Если кто-то не видит этих ротаций, значит, он просто не владеет полной информацией о происходящем в войсках.

Отдельно Шаландин обращает внимание на важное различие между двумя категориями военнослужащих. «Вы не путайте зелёное с кислым», — поясняет эксперт. Мобилизованные граждане — это люди, призванные на службу в соответствии с указом о частичной мобилизации. Их правовой статус отличается от статуса добровольцев, подписавших контракт. Пока верховным главнокомандующим не будет объявлена демобилизация, увольнять таких военнослужащих никто не имеет права. Многие из них, находясь уже в зоне СВО, действительно подписывают контракты, но это не отменяет первоначального основания их службы — мобилизации.

Основная причина, по которой требуется постоянное пополнение даже при наличии большого количества военнослужащих на фронте, — это естественная убыль личного состава по разным причинам. Эксперт выделяет несколько ключевых факторов. Во-первых, это контрактники, срок службы которых истек, и они приняли решение не продлевать соглашение. Такие составляют до 15-20% от общего числа. Во-вторых, это санитарные потери — бойцы, получившие тяжелые ранения, потерявшие конечности и более не способные нести службу по состоянию здоровья. И, наконец, это печальная необходимость замещать военнослужащих, геройски погибших при исполнении долга.

Таким образом, масштабный набор контрактников, о котором говорит Дмитрий Медведев, решает несколько стратегических задач одновременно. Он не только позволяет усилить группировку в зоне специальной военной операции, но и обеспечивает кадровый резерв для всей российской армии, части которой несут службу по всей территории страны. Примерно две трети новых контрактников направляются для службы в частях постоянной готовности в «большой России», обеспечивая безопасность государства в целом.

Подводя итог, можно констатировать, что объявление всеобщей демобилизации в текущих условиях является вопросом скорее политическим, нежели чисто военным. Армия выстроила сложную, но работающую систему ротации, которая, по мнению экспертов, позволяет поддерживать боеспособность подразделений. Поступление сотен тысяч новых контрактников рассматривается командованием не как сигнал к отправке домой всех ветеранов, а как возможность создать устойчивый и профессиональный костяк вооруженных сил, способный решать задачи любой сложности на длительной перспективе. Окончательное решение о демобилизации, как и всегда, останется за верховным главнокомандующим, который будет исходить из комплексной оценки оперативной обстановки.