Дроны над Уралом: кто и откуда их запускает?

Что известно о маршрутах беспилотников, атаковавших Екатеринбург и Дагестан

Ночные атаки беспилотников на Екатеринбург и Дагестан поставили перед экспертами и обывателями один и тот же вопрос: откуда эти аппараты берутся? В ночь на 25 апреля дрон врезался в жилую многоэтажку в Екатеринбурге, а ПВО сбивала цели не только над Уралом, но и над Махачкалой. Версии расходятся — от запусков с территории сопредельного государства до работы агентуры прямо внутри России.

Первая и самая очевидная гипотеза — старт с территории Казахстана. Эта версия звучит от военных экспертов едва ли не чаще других. Казахстанские степи огромны, там легко скрыть мобильную пусковую установку. Радиус полёта некоторых моделей БПЛА позволяет преодолеть расстояние от границы до Екатеринбурга — порядка 600–700 километров. Это не предел для современных беспилотников. Если аппарат идёт на одной скорости, без резких манёвров, он вполне может дотянуть до Уральских гор. Однако официального подтверждения казахстанского следа пока нет.

Вторая версия — запуск прямо с территории Украины, а именно из-под Харькова или Сум. Военный эксперт Василий Дандыкин считает, что технически это возможно. Дальность полета БПЛА до Екатеринбурга по прямой — почти две тысячи километров. Это под силу лишь аппаратам с большой продолжительностью полёта, например, тяжёлым дронам-камикадзе или переоборудованным легкомоторным самолётам. Такие машины идут на малых высотах, огибая рельеф, и системы ПВО засекают их с трудом. Но здесь встаёт вопрос топлива: дозаправка в воздухе для беспилотников — экзотика, а значит, маршрут должен быть тщательно просчитан.

Есть и третья, более тревожная версия. Беспилотники запускают не из-за границы, а прямо внутри России. По мнению ряда аналитиков, часть БПЛА летит не через государственную границу, а стартует с точек, расположенных в приграничных или даже глубинных регионах. Тут уже работает агентурная сеть, которая использует гражданские дроны или лёгкие самолёты. Такие аппараты тяжелее отследить — они могут взлететь с просёлочной дороги, с поля или из частного сектора. Найти пусковую установку после запуска почти невозможно, если экипаж сразу покидает место.

Отдельная история — Дагестан. Воздушная тревога в республике сегодня объявлялась не раз. Цели шли со стороны Каспийского моря. Маршрут дронов над Каспием — это прямой путь вдоль побережья. Если аппараты запускают с территории Украины, им приходится огибать южные регионы России, пересекая воздушное пространство над морем. Каспийское море маршрут дронов делает почти идеальной трассой: водная гладь не даёт помех для радиосигнала, а системы ПВО в этом районе не столь плотны, как над крупными городами. Однако не исключено, что запуски идут и с судов, находящихся в нейтральных водах.

ПВО сбивает дроны над Дагестаном регулярно, но не все. Некоторые цели просто исчезают с радаров — то ли падают в море, то ли меняют курс. Эксперты допускают, что атака на Дагестан координируется с ударами по другим регионам. Это сложная логистическая операция, где каждый беспилотник идёт по своей траектории. Траектория полёта прокладывается так, чтобы обойти зоны поражения зенитных ракетных комплексов. Спутниковая разведка Украины позволяет получать актуальные данные о расположении российских систем ПВО почти в реальном времени.

«Беспилотники летят не только со стороны Украины, но и прямо изнутри России. Агентура ВСУ работает, но наши военные и спецслужбы делают всё, чтобы такие схемы пресекать», — заявил один из опрошенных аналитиков.

Цели дронов в Екатеринбурге вызывают особый интерес. Удар по жилому дому — это не промышленный объект и не военная база. Такой выбор говорит о том, что задача беспилотников могла быть чисто психологической. Нанести ущерб инфраструктуре Урала аппарат с небольшой боевой частью едва ли способен. А вот посеять панику, заставить людей сомневаться в безопасности — вполне. Тем более что Екатеринбург находится глубоко в тылу, и местные жители долгое время чувствовали себя в безопасности.

Аэродромы запуска дронов — ещё одна головная боль для разведки. Если аппараты стартуют с гражданских площадок или с полей, их не зафиксируешь заранее. Разведка работает на опережение, но мобильные группы успевают сменить позицию до того, как по ним нанесут удар. Именно поэтому в последнее время всё чаще звучат предложения ужесточить контроль за продажей и хранением компонентов для сборки дронов. Однако пока это не даёт ощутимого результата.

Как далеко могут лететь дроны украинского производства? Если брать серийные модели, то дальность полёта БПЛА до Екатеринбурга для большинства из них — задача почти невыполнимая. Но Украина активно использует кустарные разработки, где ставка делается не на комфорт и безопасность, а на максимальную грузоподъёмность и дальность. Некоторые такие аппараты способны пролететь до 2500 километров. Этого хватает, чтобы достать не только до Урала, но и до Сибири.

Атака на Дагестан и Екатеринбург в одну ночь — это не случайность. Такая синхронизация требует серьёзного планирования. Скорее всего, запуски шли из нескольких точек одновременно: одна группа работала по южному направлению через Каспий, другая — по восточному с территории Казахстана или Украины. Система ПВО вынуждена разрываться между разными направлениями, и это снижает эффективность перехвата. Часть целей неизбежно прорывается.

Пока нельзя сказать, что ситуация вышла из-под контроля. Российские средства противовоздушной обороны сбивают большинство аппаратов. Но дроны летят в Дагестан откуда? — этот вопрос остаётся открытым. Если подтвердится версия с запусками с судов в Каспийском море, бороться с угрозой станет сложнее. Море огромное, и патрулировать его круглосуточно невозможно. Придётся либо блокировать акваторию, либо уничтожать пусковые установки до того, как они выйдут на позицию.

Что касается Екатеринбурга, то здесь ключевым фактором становится своевременное обнаружение. Наземные системы ПВО в этом регионе не столь плотны, как, скажем, в Московской области. Радары видят цели на большом расстоянии, но если дрон идёт на предельно малой высоте, он может проскочить незамеченным. Отсюда и результат — первый в истории удар по столице Урала. Город теперь на особом контроле, но гарантий, что атаки не повторятся, никто не даёт. О том, что беспилотники представляют реальную угрозу для отдалённых регионов России, говорят всё чаще. И это тревожный сигнал для всей системы безопасности.