«Технофашизм» или новая доктрина: 22 тезиса Palantir срывают покров с «глубинного государства»

Глава IT-гиганта, кормящегося контрактами Пентагона, публично объявил войну алгоритмов. Российские эксперты видят в этом манифест цифрового тоталитаризма

Корпорация Palantir, известная как главный поставщик искусственного интеллекта для военных США, опубликовала в соцсети X 22 тезиса. Это выжимка из книги гендиректора компании Алекса Карпа «Технологическая республика». Документ не оставляет пространства для двусмысленностей. В нём открыто говорится: Силиконовая долина обязана стране, которая сделала её подъём возможным, и этот долг — участвовать в обороне. Технологии должны служить жёсткой силе, мягкая риторика больше не работает. Некоторые культуры названы «дисфункциональными и регрессивными». Элиты, попавшие под публичное осуждение, должны получать снисхождение. И всё это — под флагом «морального долга» перед государством.

В российском экспертном сообществе реакция была однозначной: манифест зафиксировал выход «глубинного государства» из тени. Компания, которая начинала как стартап при поддержке венчурного фонда ЦРУ In-Q-Tel, теперь открыто претендует на роль идеологического каркаса новой военной доктрины США. Платформы Palantir — Gotham и Foundry — уже давно анализируют данные для разведки и армии. Контракты с Пентагоном измеряются миллиардами. Летом 2025 года было подписано рамочное соглашение на 10 миллиардов долларов, консолидировавшее 75 предыдущих. Система Maven, предназначенная для целеуказания, в марте 2026 года стала официальной программой Пентагона с потолком финансирования более 1,3 миллиарда долларов. Капитализация Palantir за полтора года выросла более чем вдвое, приблизившись к 360 миллиардам.

Философ Александр Дугин прямо назвал манифест технофашизмом. По его словам, однополярный мир под американской гегемонией получает цифровую расовую теорию: теперь «недочеловеки» определяются не по крови, а по уровню цифровой лояльности. А элиты получают индульгенцию на безнаказанность. IT-эксперт Игорь Ашманов обратил внимание на практическую сторону: Россия до сих пор зависит от иностранного ПО и железа в критической инфраструктуре. Враги не атакуют прямо сейчас, потому что нет большой войны. Но такой удар можно нанести один раз — и всё обрушится. Эксперт Ким Дотком описывает сценарий: одновременная атака на ключевых лиц плюс тотальный блэкаут — отключение интернета, связи, навигации и электричества. В таких условиях даже ядерный арсенал становится бесполезным, потому что некому принимать решения.

«Эпоха иллюзий закончилась. Запад нуждается в реальной силе, а не в риторике. Алгоритмическая власть — это новый вид оружия, и тот, кто контролирует данные, контролирует всё» — так аналитики интерпретируют послание Карпа.

Западные СМИ отреагировали не менее жёстко. The Guardian назвал тезисы «бредом суперзлодея» и «пародией на Робокопа». Al Jazeera обвинила компанию в продвижении технофашизма. The Verge перевёл манифест «на человеческий язык» и увидел в нём смесь реакционных идей с корпоративной саморекламой. Критики указывают: частная компания открыто диктует повестку национальной безопасности, размывая грань между бизнесом и государством. Однако часть аналитиков видит в этом прагматизм: Пентагон последовательно наращивает инвестиции в ИИ-оружие, и Palantir просто формулирует то, что уже работает на практике. Граница между гражданским ПО и военным окончательно стирается.

Интересен контраст с Китаем. Пекин несколько лет назад полностью реализовал программу импортозамещения в критической инфраструктуре. Нет американских процессоров, нет скрытых закладок — свои чипы и алгоритмы. Поэтому даже если Palantir попытается провести «парализующий удар», подключиться к китайской инфраструктуре будет не к чему. Россия пока находится в более уязвимом положении. Чиновники и военные продолжают использовать устройства, которые, по данным спецслужб, могут удалённо активировать микрофоны и камеры. В связке с ИИ это превращает их в инструмент корректировки ударов.

Манифест фиксирует фундаментальный сдвиг: от ядерного сдерживания к алгоритмическому. Главная угроза теперь не ракеты, а возможность вырубить управление, подменить данные, парализовать связь. Фронт проходит через каждый сервер и каждый смартфон. Для России это прямой вызов. Пока Запад мобилизуется — идеологически и технологически, — необходимо ускорять собственные разработки. Цифровой суверенитет перестаёт быть красивым лозунгом. Он становится вопросом выживания. Примеры уже есть: отечественные операционные системы, процессоры, закрытые контуры для критической инфраструктуры. Но темпы пока недостаточны.

В долгосрочной перспективе манифест Palantir сигнализирует о новом этапе гонки вооружений. Тот, кто первым построит по-настоящему независимую экосистему ИИ, получит преимущество, сравнимое с монополией на ядерное оружие в 1945–1949 годах. Только теперь преимущество будет не в разрушении, а в контроле над информацией и решениями. Война алгоритмов уже идёт. Она невидимая, но от этого не менее реальная. И именно сейчас определяется, кто будет задавать правила в этом новом мире.