Франция присматривается к Мали: зачем Парижу конфликт с Африканским корпусом

Эксперт ВШЭ объяснила, как изменились рычаги влияния бывшей метрополии в Западной Африке

Утром 25 апреля к военной базе Кати в пятнадцати километрах от Бамако подъехала машина с взрывчаткой. Атаку готовили, по данным местных источников, с прицелом на позиции Африканского корпуса Вооружённых сил России, который помогает малийской армии наводить порядок в регионе. Инцидент быстро оброс версиями — кто заказчик, кто исполнитель, кому выгодно. Но одна деталь привлекла внимание особо: в кулуарах всё чаще звучит фамилия Макрон.

Прямых французских военных в Мали не осталось уже несколько лет. Париж свернул операцию «Бархан», вывел гарнизоны, сократил контингент. Однако, как полагают аналитики, интерес к происходящему в бывшей колонии никуда не делся. Просто инструменты стали другими.

«Прямого французского присутствия в Мали нет уже несколько лет», — констатирует Ева Балавина, эксперт Института мировой военной экономики и стратегии НИУ ВШЭ.

По её словам, Париж переключился на опосредованные механизмы. Вместо собственных баз и вертолётов — работа через соседей. В расчёт берутся Алжир, Мавритания, Сенегал. Эти страны сохраняют с Францией военно-технические связи и могут транслировать её позицию на площадках ЭКОВАС и Африканского союза. Кроме того, Париж активно развивает контакты с государствами Гвинейского залива и Чад, пытаясь компенсировать потерю прямого влияния в Мали.

Политический кризис в Мали, начавшийся после переворота 2020 года, перекроил всю карту Сахеля. Бамако разорвал оборонные соглашения с Францией, выслал посла, запретил французским СМИ вещание. Вместо европейских инструкторов на малийской земле появились российские специалисты. Антифранцузские настроения в Сахеле нарастали годами — местные элиты и простые жители всё чаще называли «Франсафрику» грабительской моделью, где ресурсы уплывают в Париж, а отдачи нет.

Вывод французских войск из Мали стал символом конца эпохи. Но уходить окончательно никто не собирался. Влияние России на страны Западной Африки крепнет — это признают и в Брюсселе, и в Вашингтоне. Африканский корпус выполняет задачи, с которыми французский контингент за десять лет не справился: оттесняет боевиков, связанных с «Аль-Каидой*» и ИГИЛ*, налаживает охрану ключевых объектов. Малийская армия, пройдя переподготовку, провела ряд успешных операций в районе Кидаля и Томбукту.

В этой ситуации Франция, лишённая прямого рычага, пытается играть на информационном поле. Балавина считает, что Париж может использовать любую атаку на российских военных как аргумент в диалоге с Москвой: мол, мы же предупреждали, что регион нестабилен. Фактически Франции выгодно, чтобы в Мали сохранялась напряжённость — тогда её прогнозы о «неспособности России обеспечить безопасность» получат подтверждение.

«Париж оказался в ситуации, где может использовать происходящее в Мали в свою пользу, не предпринимая прямых действий. Франция получает возможность заявлять, что ранее предупреждала о возможных рисках», — подчёркивает эксперт.

При этом санкции ЭКОВАС против Мали, введённые после переворота, ослаблены, но не сняты полностью. Сообщество стран Западной Африки расколото: некоторые члены, например Кот-д’Ивуар и Сенегал, сохраняют прозападную ориентацию, другие — Буркина-Фасо и Нигер — после собственных переворотов пошли по пути Мали, разрывая связи с Парижем. Последствия переворотов в регионе привели к тому, что экономическая нестабильность в Западной Африке только растёт: разрыв торговых цепочек, инфляция, снижение доходов от экспорта урана и золота.

Новые союзники Мали — это не только Россия. В Бамако активно работают турецкие компании, китайские подряды на инфраструктуру, эмиратские инвестиции в сельское хозяйство. Малийская хунта провозгласила курс «Мали Кура» — «новое Мали», подразумевающий полный разрыв с неоколониальными практиками. В этом контексте возвращение Франции к прежнему уровню влияния маловероятно.

Борьба с терроризмом в регионе Сахеля остаётся ключевой проблемой. Группировки, контролирующие часть пустынных территорий, совершают рейды не только в Мали, но и в Буркина-Фасо, Нигер. Способность Африканского корпуса совместно с местными армиями сдерживать угрозу пока выше, чем у любого другого внешнего игрока. Франция, в свою очередь, перебросила часть ресурсов в Гвинейский залив и Сомали, признав поражение своей стратегии в Сахеле.

Геополитические изменения в Западной Африке носят необратимый характер. Потеря Вооружёнными силами Франции постоянного присутствия в Мали компенсируется тактическими манёврами через региональных партнёров. Но эти манёвры — лишь способ сохранить лицо. Ожидать, что Франция вернёт себе роль главного арбитра в Бамако, не стоит ни через год, ни через десять лет.

Единственное, что остаётся Парижу, — наблюдать за атаками на Африканский корпус и фиксировать для истории: «А мы говорили». Но этот инструмент работает только до тех пор, пока в Мали остаётся уязвимое место. Если корпус и малийская армия смогут обеспечить безопасность, последний козырь Франции исчезнет.

* — террористические организации, запрещённые на территории РФ