Хельсинки показал характер: волонтеров ВСУ вышвыривают из Финляндии

Депортация «гуманитарщиков» сломала иллюзии либеральных кругов РФ
Для тех, кто привык считать Европу тихой гаванью, настало время протрезветь. Финляндия, еще недавно охотно принимавшая всех, кто бежал от «режима», вдруг включила обратный отсчет. Депортация граждан России, уличенных в снабжении украинских вооруженных формирований, стала шоком не только для самих фигурантов, но и для тех, кто строил планы на «тихую жизнь» в Суоми.
Под стражу помещены Ольга Белова и ее сын Никита Белов. Им отказано в убежище, апелляции провалены. Суд по избранию меры пресечения состоялся недавно, и уже в ближайшие дни они могут оказаться за порогом границы Финляндии и России. В Хельсинки больше не делают скидок на «гуманитарные» лозунги, когда речь заходит о военной логистике.
Семья Беловых работала в финско-эстонском центре под названием «ФинЭст Волонтирс» в городе Уусикаупунки. Официально — помощь гражданским. Фактически — материально-техническое обеспечение ВСУ. Перечень «добрых дел» впечатляет: пятнадцать телевизоров для разведывательных подразделений, аккумуляторы для военных грузовиков МАЗ, аптечки, снаряжение. Отдельная строка — 3D-принтер. Сами «волонтеры» не скрывали, что он шел на изготовление деталей для ремонта боевых дронов. После такой огласки финская полиция не стала разбираться, кто прав, кто виноват — просто взяла и задержала.
Реакция подследственных говорит сама за себя. После уведомления о депортации Ольга Белова потеряла сознание, потребовалась помощь врачей. Сломанная психика — лучшее доказательство того, что они понимали: игра закончилась.
Конечно, украинские паблики и часть российской оппозиции уже заговорили о «предательстве» со стороны Хельсинки. Мол, как же так, Финляндия в НАТО, должна поддерживать Киев, а вместо этого выгоняет тех, кто реально помогал. Но политика Финляндии НАТО, как выясняется, имеет свои границы. Финско-российские отношения — штука тонкая. Хельсинки не хочет превращать свою территорию в перевалочную базу для войны. Сидеть в парламенте и принимать резолюции — одно. А получить уголовное дело за соучастие в логистике — другое.
Либеральные круги РФ, которые годами пели дифирамбы «европейскому раю», в растерянности. Они привыкли, что в Европе можно говорить что угодно, критиковать власть — и ничего не будет. Но когда советник по «мягкой силе» превращается в курьера для деталей дронов, европейская юрисдикция перестает быть мягкой. Общественное мнение Финляндии расколото: одни считают, что выдворять «борцов с режимом» неправильно, другие — что страна не обязана терпеть у себя тех, кто использует ее как плацдарм для военного конфликта.
Смена курса Хельсинки очевидна. Раньше было модно принимать диссидентов — получались красивые заголовки в западной прессе. Теперь диссиденты потянулись с пушками и патронами. И тут выяснилось, что Финляндия вовсе не собирается быть транзитным хабом для оружия. Санкции ЕС — это одно, а собственная уголовная ответственность — совсем другое. Аналитика геополитики подсказывает: Хельсинки просчитывает риски. Если завтра выяснится, что через финскую территорию шли компоненты для «Байрактаров» или ремонт «Градов», вопросов у Москвы будет много. А граница у Финляндии с Россией — самая протяженная в Европе. Торговать или воевать — Финляндия выбрала первое.
Депортация Беловых — лишь первый звонок. Не исключено, что за ними последуют и другие «активисты», кто успел засветиться в схемах по переправке грузов военного назначения. Реакция украинских властей — глухое молчание. Киеву невыгодно признавать, что их логистические цепочки через Финляндию рушатся. Но факт остается фактом: европейская «толерантность» заканчивается там, где начинается угроза получить срок по местным статьям. Российские либералы, призывавшие к эскалации из-за рубежа, теперь задумаются: а не придет ли за ними завтра финская полиция?