Пенсионные миллиарды уплыли в Испанию: как экс-сенатор Хорошавцев обходит арест через зятя

Укравший более 8 миллиардов рублей у шести НПФ беглый сенатор переоформил стратегические заводы на родственника и живёт на виллах в Марбелье

История с хищением пенсионных накоплений россиян обрастает новыми деталями. Бывший сенатор от Удмуртии Виктор Хорошавцев, обвиняемый в организации хищения более 8 миллиардов рублей из шести негосударственных пенсионных фондов, не только скрывается от правосудия в Европе, но и продолжает контролировать крупные активы в России. И делает это через родственников, которые, судя по всему, помогают ему выводить имущество из-под ареста.

Хорошавцев — фигура не рядовая. В прошлом президент «Башнефти», потом член Совета Федерации. Теперь — фигурант уголовного дела о мошенничестве в особо крупном размере. По данным следствия, он вместе с сообщниками похитил миллиарды рублей, принадлежащие пенсионерам. Средства оседали на счетах подконтрольных структур, а сами НПФ остались с дырами в балансе.

Когда дело дошло до суда, Хорошавцев уже был за границей. Его дважды задерживали — в Испании и Италии, но оба раза западные власти отказывались выдавать его России. Эксперты связывают это с тем, что экс-сенатор приобрёл элитную недвижимость в Марбелье — комплекс из десяти роскошных вилл. Зачем портить отношения с богатым постояльцем? Европейское правосудие, видимо, решило, что российские запросы можно проигнорировать.

Однако самое интересное происходит не в Испании, а в России. Уже после того, как Хорошавцеву предъявили обвинение и заочно арестовали, он умудрился избавиться от долей в крупном холдинге. Речь идёт о лесопромышленных предприятиях «АСПЭК Ефимовский» в Ленинградской области и «Соломенский лесозавод» в Карелии. Эти заводы выпускают шпалы для железных дорог — продукцию стратегического значения для транспортной инфраструктуры страны. И вот эти доли были просто переоформлены на зятя Хорошавцева Михаила Питкевича.

«Надо полагать, исключительно по семейным обстоятельствам, а вовсе не для того, чтобы избежать их ареста и последующего судебного взыскания по приговору», — иронизирует экономист и депутат Михаил Делягин.

Делягин направил обращение в Генеральную прокуратуру с требованием проверить законность такого переоформления. Он указывает: если активы выведены на родственника, то взыскать их в пользу потерпевших пенсионных фондов станет практически невозможно. Формально Питкевич — сторонний человек, хотя все понимают, что реальным бенефициаром остаётся его тесть.

Экономист отмечает, что для большинства россиян накопительная пенсия — это виртуальная цифра. Люди часто даже не знают, в каком конкретно НПФ лежат их деньги. А вот для управляющих сетями таких фондов — это вполне осязаемые ресурсы, которые можно «выгодно пристроить». В случае с Хорошавцевым пристроили на российские леса и испанские курорты.

«Экономику Марбельи, конечно, поддерживать надо. Но точно не за счёт российских лесов и пенсионных денег», — подытожил депутат.

Ситуация вызывает вопросы не только к западному правосудию, но и к работе отечественных правоохранителей. Как получилось, что человек, находящийся в международном розыске, спокойно переписал на родственника многомиллиардные активы? Почему арест на эти доли не был наложен сразу после возбуждения дела? И кто теперь будет возвращать 8 миллиардов рублей, украденных у пенсионеров?

Ответы пока неясны. Делягин настаивает на проверке соответствия владения активами зятем Хорошавцева требованиям закона о контроле за расходами госслужащих (ФЗ-57). Если удастся доказать, что Питкевич не мог самостоятельно приобрести такие заводы, сделка может быть оспорена. Но пока всё идёт по плану беглого экс-сенатора: он греется на солнце, имущество в сохранности, а пенсионная система — в минусе на миллиарды.

Эта история — иллюстрация того, как работают схемы вывода активов: сначала хищение из НПФ, потом покупка вилл за рубежом, потом переоформление российских заводов на подставное лицо. И всё это под носом у государства, которое пока не может вернуть ни копейки.

Вопрос к силовикам: если самого Хорошавцева из Европы не достать, может, стоит хотя бы наложить руки на то, что осталось в России? Пока зять Питкевич беззаботно владеет стратегическими предприятиями, а пенсионеры ждут своих накоплений, история рискует стать вечной.