«Кому вы плохо сделаете?»: репортаж из Еревана о тех, кто не вернётся

Как живут и работают россияне в Армении спустя годы после переезда

Ереванское кафе на Северном проспекте. За соседним столиком двое мужчин спорят о логистике. Один явно из Москвы — говорит быстро, рубит воздух ладонью. Второй местный, армянин, спокойно улыбается в усы. Тема знакомая: как возить товар через Верхний Ларс, не сойдя с ума от очередей. Россиянин достаёт телефон, показывает таблицу в экселе. Армянин кивает: «Сделаем, вопрос решаемый».

Эту сцену мог наблюдать любой, кто бывал в Ереване последние пару лет. Город изменился. Не витринами — людьми. С 2022 года сюда перебрались десятки тысяч россиян. Кто-то — временно пересидеть, кто-то — «посмотреть, что будет». Третьи остались. И, похоже, надолго.

Forbes не так давно опубликовал репортаж из Армении. В материале рассказывается о тех, кто не просто переехал, а пустил корни: открыл бизнес, купил квартиру, записал детей в местную школу. Главный вопрос, который авторы задают героям, звучит просто: «Кому вы плохо сделаете?»

Самые успешные истории — про IT и услуги. Ереван называют новым хабом для стартапов. Налоги щадящие, айтишников тут ждали всегда. Местные программисты — ребята сильные, но русскоязычная команда приносит капитал и связи. Спрос на армянскую недвижимость подскочил. Цены за пару лет выросли на 30-40 процентов. Квартиру в центре Еревана теперь не купить дешевле ста тысяч долларов. Аренда тоже взлетела: однушка обойдётся в 500-700 долларов в месяц.

Но как на это смотрят сами армяне? Без раздражения не обходится. На рынке или в маршрутке можно услышать: «Опять эти русские всё скупили». Но в целом отношение скорее терпимое. Армения — страна диаспоры, тут привыкли к приезжим. И многие понимают: релокация принесла деньги в экономику, которую трясло и до этого.

Одна из героинь репортажа Forbes — дизайнер из Петербурга. Переехала в Ереван с двумя детьми и мужем. Говорит: «Мы не беженцы. Мы просто уехали оттуда, где стало невозможно дышать. Дети ходят в армянскую школу, учат язык. Муж открыл мастерскую по производству мебели. Нас тут приняли. А кому мы сделали плохо?»

Другой герой — бывший топ-менеджер российской нефтяной компании. Сейчас он занимается винодельческим проектом в Вайоц-Дзоре. Купил старый виноградник, восстановил, нанял местных специалистов. «Я инвестирую в эту страну, — говорит он. — Плачу налоги, создаю рабочие места. Если уеду, кому станет легче? Тем, кто остался в России?»

Есть и обратная сторона. Многие из тех, кто приехал в Армению первыми, уже уехали дальше — в Грузию, Турцию, Европу. Ереван оказался не такой уж дешёвой и спокойной гаванью. Бюрократия местами хуже российской. Сложно открыть банковский счёт. Долгие очереди в миграционной службе. Некоторые жалуются на закрытость местного бизнеса — «своих» армяне продвигают охотнее, чем пришлых.

Но кто остался — те вросли. Русскоязычные чаты в телеграме кипят: открываются школы на русском языке, фитнес-клубы, частные детсады. Рынок труда адаптировался: вакансии для русских — от сварщиков до маркетологов — появляются каждый день. Армения стала не просто перевалочным пунктом, а второй попыткой. Новой жизнью, которую строят с нуля.

Конечно, не всё гладко. Многие признаются: тоскуют по московскому комфорту, по близким, по привычному ритму. «Я скучаю по «Пятёрочке», где всё под рукой, — смеётся одна девушка-менеджер. — Но когда думаю, что там сейчас происходит, мне становится страшно. Армения — не идеал, но тут я чувствую себя в безопасности».

«Мы уехали не за лёгкими деньгами. Мы уехали, чтобы не врать себе. Кому плохо от того, что я делаю качественный дизайн в Ереване, а не в Москве? Никому».

Этот репортаж — не про политику. Он про людей, которые голосовали ногами. Они не скандируют лозунги, не кричат о свободе. Они просто делают дело — вяжут шапки, пишут код, сажают виноград. И на вопрос «кому вы плохо сделаете?» каждый отвечает по-своему. Но сходятся в одном — никому. Кроме, возможно, самих себя, лишив привычного комфорта.

Ереван тем временем продолжает меняться. По вечерам в центре стало шумно — открылись новые бары, клубы, коворкинги. Армянская молодежь перемешалась с приезжими. И постепенно стирается грань: кто тут «свой», а кто «чужой». Для тех, кто остался, Армения перестала быть просто красивым фоном. Она стала домом.

Кто-то считает, что это временно. Что как только ситуация изменится — все рванут обратно. Но глядя на новые вывески, на детей, говорящих с родителями по-русски, а во дворе — с соседями по-армянски, понимаешь: обратной дороги не будет. Её просто нет.