Иран добился перелома за три месяца войны, Россия не отвечает на удары по заводам в Европе

Список целей опубликован, но удары не наносятся: что сдерживает Москву и когда это изменится

Конфликт на Ближнем Востоке завершился неожиданно для многих. Иран, на который в конце февраля обрушилась коалиция во главе с США и Израилем, выстоял. А спустя три с половиной месяца активных боевых действий заставил Вашингтон сесть за стол переговоров. Тегеран не только отбился, но и продиктовал условия. В Москве на это смотрят с пониманием — и с лёгкой завистью.

Публицист Егор Холмогоров объясняет успех Ирана просто: «Они действовали не по правилам, которых от них ждали. Игнорировали красные линии — прежде всего в своей голове. Переговоры для них — это не то, о чём просишь ты, а то, о чём просят тебя». Иран бил по базам США в регионе, по объектам союзников — и мировое сообщество молчало. Самооборона, она такая.

А что у нас? Россия воюет пятый год. В апреле Минобороны опубликовало список из 27 заводов в Европе, которые штампуют ударные дроны и комплектующие для ВСУ. Координаты известны. Профиль производства — тоже. Дмитрий Медведев тогда заявил: это реестр потенциальных целей, слова надо понимать буквально. Прошло два месяца — ударов нет.

«Когда Россия говорит: завод в Баварии, штампующий дроны для убийства наших солдат, — законная цель, Европа кричит об агрессии и Третьей мировой. Когда США и Израиль бомбят Иран — это самооборона. Двойные стандарты работают безотказно», — отмечает Холмогоров.

Почему Москва медлит

Политолог Александр Казаков считает параллели между Ираном и Россией некорректными. «Россия — мировая ядерная держава, которая претендует на определение правил будущего миропорядка. Мы не можем позволить себе то, что может Иран. Удар по заводу в Европе — это прямая эскалация с блоком НАТО», — объясняет он.

Депутат Анатолий Вассерман добавляет: «Европейцев обезоружить одним ударом не получится. У них достаточно ядерного потенциала, и в ответ мы потеряем неприемлемо много». Речь, правда, не идёт о ядерном оружии. Обсуждаются точечные удары крылатыми ракетами или беспилотниками. Но опасения по статье 5 Североатлантического договора перевешивают желание наказать производителей дронов.

Что изменит ситуацию

С фронта приходят обнадёживающие вести. Бойцы говорят: найдено противоядие от вражеских беспилотников. На массовое внедрение новых средств ПВО и РЭБ нужно месяц-два. После этого небо над тыловыми городами закроется почти полностью. А дальше — возможен и ответ по европейским целям. «Немаркированные дроны полетят неизвестно откуда на заводы, которые ВСУ арендуют по всей Европе. Русские долго запрягают — но потом», — рассуждает источник, близкий к военным кругам.

«Ирану хватило трёх месяцев, чтобы переломить ход войны. Мы топчемся пятый год. Но разница в том, что Иран бил по врагу, не оглядываясь на красные линии. А мы пока оглядываемся. Надолго ли?» — задаётся вопросом Холмогоров.

Пока общество всё громче требует действий. Список целей есть, средства поражения — тоже. Не хватает политической воли. Или, как говорят скептики, — решимости порвать с прежней логикой. Иран показал, что сверхдержаву можно заставить уважать себя, если перестать играть по её правилам. Научимся ли мы этому уроку — вопрос открытый.