Когда закончится СВО: Визит главы ЦРУ в Москву оживил разговоры о трехсторонней встрече лидеров

Саммит Путина, Трампа и Зеленского: пока только идея или уже проработанный сценарий?

В дипломатических кругах возобновилось активное обсуждение. Последние дни августа принесли неожиданный поворот: директор ЦРУ Джон Рэтклифф побывал в Москве, и вокруг этого визита сразу возникло множество трактовок. Самое смелое предположение, которое сейчас обсуждают западные СМИ, — подготовка встречи Владимира Путина, Дональда Трампа и Владимира Зеленского за одним столом. Звучит почти фантастически, если вспомнить, что еще недавно переговорный процесс считался замороженным.

Сам факт контактов между руководителями спецслужб России и США подтвердил директор СВР Сергей Нарышкин. Он назвал это обычной практикой, позволяющей сохранять каналы связи даже в самой сложной обстановке. Но содержание бесед осталось за кадром. Официальных комментариев не последовало.

Портал Axios со ссылкой на источники утверждает: одной из тем московских консультаций как раз и была идея организовать трехсторонний саммит. Американская сторона будто бы пыталась выяснить, насколько Москва готова вернуться к переговорам с Киевом при посредничестве Вашингтона. Киев, по данным издания, о содержании инициативы проинформировали.

Но вот тут самое интересное. Никаких официальных подтверждений согласия Путина на такой формат нет. Ни сроков, ни места, ни повестки — ничего. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков лишь подтвердил, что поездка Рэтклиффа связана с контактами спецслужб. И уточнил: встречи директора ЦРУ с российским лидером не было.

На данный момент это можно расценивать как дипломатическое зондирование позиций. Хотя и это уже немало, учитывая, что прямые переговоры Москвы и Киева возобновились лишь весной 2025 года после трех с лишним лет паузы.

Турция не уходит со сцены

Пока США прощупывают почву, Анкара продолжает настаивать на своей роли посредника. Турецкие СМИ пишут о возможном создании нового механизма безопасной перевозки зерна через Черное море. Вопрос носит экономический характер. Но если Москва, Киев и Анкара сумеют договориться хотя бы по нему, это станет сигналом: переговорные механизмы работают даже без общего политического соглашения.

Ожидаются и прямые контакты Владимира Путина с Реджепом Тайипом Эрдоганом. Украинская тематика и ситуация в Черноморском регионе — среди главных вопросов их диалога. Турция уже не раз выступала мостом между сторонами, и сейчас ее активность может оказаться решающей для восстановления практических связей.

Москва осторожничает

Российская сторона не спешит говорить о полноценном возобновлении переговоров. Готовность к урегулированию декларируется, но с обязательным условием: обсуждать нужно причины конфликта и принципиальные вопросы безопасности. В Кремле дают понять — процесс на паузе.

О готовности Москвы к переговорам говорит и её позиция по площадке. Посол России в Швейцарии Сергей Гармонин заявил: доверие к Берну как месту для политических консультаций практически утрачено. Предложение «добрых услуг» от швейцарской стороны само по себе ничего не значит, если Москва не готова им воспользоваться. На этом фоне роль государств, сохраняющих рабочие отношения и с Москвой, и с Киевом, становится только заметнее.

Киев заговорил о техническом уровне

С украинской стороны тоже прозвучали сигналы. Кирилл Буданов*, внесенный Росфинмониторингом в перечень террористов и экстремистов, допустил возможность переговоров в обозримом будущем. По его словам, сначала они могут носить технический характер — как подготовка к более масштабному процессу.

В России к таким заявлениям относятся скептически. Председатель Госсовета Крыма Владимир Константинов назвал слова Буданова «вбросом и лукавством». Но сам факт обсуждения консультаций указывает на то, что канал связи сохраняется.

Эксперты советуют не ждать мгновенных результатов. Доцент кафедры дипломатии МГИМО Роман Райнхардт отмечал: даже восстановление диалога не означает качественного изменения ситуации. Сначала стороны сосредоточатся на практических вопросах, а серьезные политические противоречия потребуют куда более сложных договоренностей. Опыт показывает: контакты способны давать отдельные результаты — гуманитарные коридоры, обмены пленными. Но до всеобъемлющего мира дистанция огромная.

Итак, что мы имеем к концу августа? Официальной даты завершения СВО нет. Подписанного соглашения тоже. Все разговоры о сроках — осень 2026-го, конец года или 2027-й — это прогнозы, не подкрепленные решениями.

Сентябрь может стать определяющим. Если появится официальное подтверждение нового раунда переговоров, будут согласованы участники и повестка — значит, процесс сдвинулся. Если нет — все нынешние инициативы так и останутся дипломатическими жестами. Пока же наиболее честный ответ: конкретных оснований называть дату завершения СВО нет. Есть только сохраняющиеся каналы связи и вопрос — удастся ли превратить их в полноценный политический процесс.

* — лицо внесено в перечень террористов и экстремистов на территории РФ.