«Дышать нечем»: жители Перми жалуются на чёрный воздух после атаки БПЛА

Утро 30 апреля в Перми началось не с кофе. В небе выли сирены, по телевизорам побежала строка «Воздушная тревога», а над промзоной поднялся густой чёрный дым. За вторую за двое суток атаку беспилотников регион отделался без жертв — официально. Но вот вопрос, который волнует горожан сильнее: что именно попало в атмосферу и можно ли сейчас выходить на улицу без последствий.

Никакой химической угрозы нет, — заявил губернатор Дмитрий Махонин. — Сотрудники предприятия находятся в укрытиях, разрушений, опасных для здоровья, не зафиксировано.

Но соцсети забиты фото и видео, на которых — плотная завеса тёмного дыма, нависшая над Индустриальным и Дзержинским районами. Люди пишут, что на подоконниках и машинах осела сажа, а воздух пахнет гарью даже в квартирах с закрытыми окнами. Паника растёт, и она вполне объяснима. Ведь до сих пор в Прикамье не утихала история с «чёрным снегом», выпавшим прошлой зимой рядом с промышленными площадками. Тогда жители судились с заводами, требовали пересмотра нормативов выбросов. Теперь к экологической тревоге добавились военные риски.

Метеоусловия в регионе 30 апреля — штиль. Безветрие, низкая облачность, инверсия, когда холодный воздух прижат к земле тёплым слоем сверху. Иначе говоря, всё то, что синоптики называют НМУ — неблагоприятные метеоусловия. При таком раскладе любые выбросы, будь то штатный дым из трубы или результат горения на территории предприятия, не рассеиваются, а висят плотным облаком. Они могут смешиваться с приземным туманом, давить вниз, и вот это уже реальная причина, почему чёрный воздух над Пермью не спешит уходить.

Роспотребнадзор оперативно выехал на замеры. И пока официально объявлено: превышений ПДК вредных веществ — нет. Но тут есть нюанс. Даже если концентрация отдельно взятого компонента, скажем, оксида азота или сероводорода, не превысила санитарных норм, это не отменяет факта присутствия в воздухе мелкодисперсной сажи. Частицы сажи — это не газ, их улавливают не все стационарные посты мониторинга. Они тяжелее, оседают на лёгкие, могут провоцировать респираторные заболевания. Особенно опасны для астматиков, детей и пожилых. И вот тут важно: даже если формально «всё чисто», дышать плотным чёрным облаком без последствий не стоит никому.

Сейчас в Перми введён режим беспилотной опасности. Аэропорт временно закрыт — самолёты не летают. На промплощадке, которую называют в числе целей (по неофициальным данным — это объект «Лукойл-Пермнефтеоргсинтез»), продолжают работать экстренные службы. Пострадавших, повторим, нет. Но для местных жителей это слабое утешение, когда за окном — стена дыма.

Экологи напоминают: промышленное загрязнение — хроническая проблема Перми. Город традиционно входит в число наиболее загрязнённых в стране по выбросам предприятий. И если к этому прибавляются ещё и последствия атак — получается гремучая смесь.

Сажа — это взвесь. Она висит в воздухе часами, если нет ветра. Воздействие на органы дыхания накапливается. Но паниковать не стоит: достаточно надеть маску, не открывать окна, сделать влажную уборку, — советует врач-пульмонолог.

Пока официальных рекомендаций жителям не выпущено. Горожан призывают сохранять спокойствие и следить за сообщениями властей. Но лучшее, что можно сделать прямо сейчас, — ограничить пребывание на улице, особенно вблизи промзоны. Ситуация может измениться, как только поднимется ветер. Но, судя по прогнозу, метеоусловия 30 апреля — затишье, которое будет держаться до вечера.

В соцсетях уже расходятся советы: плотно закрывать окна мокрой тканью, использовать очистители воздуха с HEPA-фильтрами, не проветривать помещения. И это разумно. Потому что если чёрный воздух не рассеется до ночи, то при остывании асфальта и земли он может опуститься ещё ниже, буквально прижав грязь к глазам и носу.

Пермь снова в центре событий, и снова из-за того, чем дышит. На фоне военной и технологической тревоги вопрос экологии отходит на второй план. Но именно он сейчас — самый бытовой и понятный каждому человеку: сможет ли он открыть окно и не закашляться. Ответ пока — нет.