Административный суд Люксембурга снял ограничения на разблокировку бумаг российских инвесторов
Минфин герцогства четыре года держал бумаги за периметром, но аргумент о «только деньгах» не выдержал проверки
Спор шёл не о суммах и не о списках. Камнем стала формулировка: считается ли возврат ценных бумаг «платежом» по европейскому регламенту. Административный суд Люксембурга постановил, что считается. Решение министерства финансов герцогства от 26 сентября 2023 года отменено как неправомерное.
История тянется с июня 2022-го. Тогда Евросоюз ввёл ограничения против Национального расчётного депозитария, и счета российских инвесторов в европейских структурах встали. Одна из компаний в декабре того же года попросила люксембургское ведомство разрешить разблокировку — для себя и для клиентов. Получила отказ, потом подтверждение отказа, потом пошла в суд.
Позиция Минфина опиралась на статью 6 Регламента ЕС № 269/2014. Чиновники читали её буквально: платежи по договорам, заключённым до санкций, — да, перевод бумаг — нет. Судья с такой трактовкой не согласился. Понятие платежа, говорится в постановлении, не сводится к денежным переводам и охватывает возврат бумаг их владельцам.
«Решение министерства от 26 сентября 2023 года подлежит отмене, поскольку оно неправомерно отказало в разблокировке ценных бумаг и средств», — сказано в постановлении.
Второй довод оказался не менее тяжёлым для ведомства. На момент отказа ни сама компания, ни её клиенты в санкционных списках ЕС не значились. То есть ограничения против НРД работали как общий зонтик, а персональных причин держать активы конкретных инвесторов не было. Суд зафиксировал это отдельным пунктом.
Арифметика перехватов и бельгийский след
Название истца в документах не раскрывается. Но значение шире одного дела: постановление открывает дорогу тем, кто сам под ограничениями не находится, а доступ к инвестициям потерял из-за санкций против депозитария. Ссылаться на люксембургский вердикт они теперь могут.
Схожий сюжет разворачивается в Бельгии. Госсовет королевства 15 сентября признал незаконным отказ в разблокировке активов россиян — там речь шла о депозитарии Euroclear и решении Казначейства. Указ министра финансов от декабря 2023 года о делегировании полномочий Казначейству отменили: в самом делегировании не нашлось ни чётких критериев, ни процедур, ни гарантий.
Параллельно Банк России добивается своего в коммерческом суде Брюсселя. Регулятор требует провести выемку документов в штаб-квартире Euroclear, подозревая организацию в сговоре с европейскими институтами на фоне спора о заблокированных активах. Слушания уже прошли. Российская сторона настаивает на изъятии переписки, касающейся контактов депозитария с Еврокомиссией и Советом ЕС.
В Совете Федерации решение из Люксембурга оценили сдержанно, но с надеждой. Сенатор Григорий Карасин назвал новость позитивной и заявил, что «здравый смысл побеждает». При этом предупредил: противников такого разворота в Европе хватает, и смыкать ряды они умеют.
«Все причитающиеся нам деньги, фонды и прочие вложения должны вернуться в нормальное юридическое состояние», — сказал Карасин.
Практика показывает, почему торопиться с выводами не стоит. По оценке бельгийского адвоката Валериуса Островскиса, Суд Евросоюза отменяет санкционные решения против россиян примерно в каждом пятом случае — точнее, в диапазоне от десяти до двадцати процентов. Но выигрыш в суде не гарантирует выхода из списка: Совет ЕС нередко включает человека повторно, уже на изменённых основаниях. Оспаривать приходится заново.
Для держателей бумаг, застрявших в люксембургских структурах, важен сам механизм. До сих пор отказ ведомства работал как универсальный ответ на любые заявки — вне зависимости от того, есть ли у заявителя персональные ограничения. Теперь этот ответ признан незаконным судебной инстанцией. Дальше — вопрос процедуры: кто подаст заявку повторно и на какие договоры, заключённые до июня 2022 года, сошлётся.
Постановление вынесено 30 октября, опубликовано — 5 ноября.