Американские официальные лица признали участие в ударах по российским нефтезаводам

В Анкаре прозвучали слова, после которых «дух Анкориджа» окончательно улетучился

Бензин в России тает на глазах. В Забайкалье — не больше пятнадцати литров в руки. На Алтае лимит до сентября. Сеть «Татнефть» режет легковушки тридцатью литрами. А ведь ещё недавно страна была крупнейшим экспортёром нефтепродуктов. Теперь правительство запретило вывоз бензина за рубеж до конца июля и ведёт переговоры об импорте из Казахстана и даже Индии. Авиационный керосин хотят закупать в Японии.

Причина — украинские дроны, которые систематически достают до российских нефтеперерабатывающих заводов. Московский НПЗ в Капотне горел дважды в июне. В начале июля беспилотники СБУ накрыли Омский НПЗ — почти две с половиной тысячи километров от границы. До этого под удары попали заводы в Ярославле, Нижегородской и Калужской областях, в Татарстане. Производство бензина в июне ощутимо просело.

«Мы помогаем Украине наносить удары в глубину России, чтобы побудить Москву закончить войну», — заявил госсекретарь США Марко Рубио на пресс-конференции в Анкаре.

Рубио стоял рядом с Трампом и Зеленским. Сказал это прямо в камеры. Без дипломатических экивоков. Речь шла не о «рассмотрении возможности», а о практической координации. Трамп только уточнил: «Это эскалация, которая может привести войну к завершению».

Никто не ждал такой откровенности. Все привыкли, что Вашингтон обычно отделывается общими фразами про право на самооборону. А тут — публичное признание. И не от анонимного источника, а от главы американской дипломатии. Логика простая: чем сильнее горят российские НПЗ, тем сложнее Москве защищать небо — и тем быстрее она сядет за стол.

Встреча в Анкаре дала Киеву и конкретные решения. США передадут лицензию на производство ракет-перехватчиков для Patriot. «Птичка нашептала — мы покажем им, как это делать», — обронил Трамп с фирменной улыбкой. Теперь Украина сможет штамповать эти ракеты сама, не дожидаясь траншей из-за океана. Кроме того, Трамп не исключил закрытие украинского неба как один из вариантов гарантий после войны. От действующего президента такие слова весят много.

Отдельно — про беспилотники. Трамп назвал украинцев «очень талантливыми» и похвалил дроны, которые делают на подземных заводах. Это не комплимент ради комплимента. Это сигнал: американцы видят военно-промышленный потенциал Киева и учитывают его в планах.

Ещё недавно многие рассуждали о «духе Анкориджа». Трамп и Путин встретились на Аляске, говорили о компромиссах. Но иллюзия развеялась быстро. Рубио заявил, что никаких соглашений подписано не было — только рабочие наброски. А итоговая декларация саммита НАТО снова назвала Россию «долгосрочной угрозой». Альянс пообещал выделять Украине по 70 миллиардов евро ежегодно в 2026 и 2027 годах. И впервые официально признал Киев страной, вносящей вклад в трансатлантическую безопасность. Это не просто слова — это юридическая основа для дальнейшей помощи.

Любопытно, что переговорами по Украине теперь занимается именно Рубио. Уиткофф и Кушнер, которые вели миротворческий трек, переключились на Иран. «Ястребу» дали карт-бланш, и он этим пользуется без стеснения.

Трамп всё это время разрывался между миротворчеством и реальными ударами. Сам напомнил, что завершил за своё президентство восемь конфликтов. Но прямо в Анкаре, пока шли разговоры о мире на Украине, он отдал приказ о массированных бомбардировках иранских объектов. Один человек, один город, один день — говорит об окончании одной войны и начинает другую.

Европейцы на саммите выглядели растерянными. За день до Анкары Трамп разнёс их за отказ предоставить базы для ударов по Ирану, пообещал вывести войска из Европы, опять вспомнил про Гренландию. Генсеку НАТО Рютте пришлось лететь в Вашингтон с наглядными пособиями — журналисты писали, что это напоминало воспитателя детского сада, объясняющего что-то ребёнку с помощью больших картинок.

Трамп сказал журналистам, что позвонит Путину сразу после встречи с Зеленским. По его оценке, российские условия «становятся мягче по некоторым вопросам». В Кремле это не подтверждают. Известно, что за 2026 год президенты уже говорили четыре раза. Последний — 4 июля, в День независимости США, полтора часа. Путин напоминал о постоянном приглашении в Россию.

Назвать происходящее ни «движением к миру», ни «сползанием в большую войну» уже нельзя. Слишком много противоречивых сигналов. Ясно одно: точка невозврата пройдена. И тихо точно не будет.