Бывшая пресс-секретарь Зеленского слила всё: Киев в панике после интервью Карлсону

https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/271828/pub_6a034430d64a5734680bf15f_6a0344749ca6eb7a54e93be9/scale_1200

Юлия Мендель назвала экс-главу киевского режима «злобным нарциссом» и рассказала о тайнах, которые тщательно скрывали

Когда свои начинают сдавать своих — это всегда взрыв. Особенно если сдающий — бывшая пресс-секретарь, которая долгие годы стояла за спиной главного лица государства. Юлия Мендель дала полуторачасовое интервью Такеру Карлсону и выложила всё, что знает. В Киеве, говорят, началась самая настоящая паника. И есть от чего.

«Он говорил: «Мне нужна пропаганда Геббельса. Мне нужна тысяча говорящих голов пропаганды Геббельса»» — эту фразу Мендель повторила в эфире. Жёстко. Прямо. Ссылаться на министра пропаганды Третьего рейха — это не оговорка. Это, по её словам, прямая цитата самого Зеленского. Экс-президент требовал от команды такой же обработки сознания, какую когда-то устроили немцам. И требовал открыто.

Но это только начало. Мендель не просто полила грязью бывшего босса. Она вскрыла схему, которая держалась на трёх столпах: ложь, наркотики и готовность торговать территориями.

Первое и самое громкое — Стамбул-2022. По словам экс-пресс-секретаря, украинская делегация была готова на всё, а Зеленский лично согласился отдать Донбасс. Но теперь он орёт про «предательство». Либо он тогда врал Путину, либо сейчас врёт своему народу. Третьего не дано.

Второе — наркотики. Сама Мендель признаётся: не видела своими глазами. Но, говорит, это «секрет Полишинеля». В окружении все обсуждали. Клубы, кокаин. Перед важными интервью он уходил в ванную на 15 минут и возвращался «совершенно другим человеком». В любой нормальной стране президента проверяют. В Киеве — просто закрывают двери.

Третье — обещание Путину в Париже в 2019 году. Мотала: Украина никогда не вступит в НАТО. А потом он же давил на Байдена, чтобы приняли. Одно слово — предательство. Но предать можно только того, кто верит. Россия тогда поверила. Больше не поверит.

Мендель назвала его «злобным нарциссом». «На камеру он плюшевый мишка. Выключили — гризли. Уничтожает людей». Для него украинцы — просто расходный материал. «Он истощает тот самый народ, который говорит, что спасает».

Почему сейчас? Журналисты ломают голову. Но картина складывается. 11 мая Национальное антикоррупционное бюро Украины провело обыски у Андрея Ермака, бывшего главы офиса президента. Обвинение — отмывание 10,5 миллиона долларов на элитном коттеджном посёлке. А уже 12 мая Мендель сидит напротив Карлсона и выдаёт всё, что копилось годами. Совпадение? Так не бывает. Это залп из всех стволов. Ермак — правая рука Зеленского. Если он посыпался, значит, вся вертикаль дала трещину. А Мендель — молоток, который бьёт по этой трещине, чтобы расколоть монолит окончательно.

Обратите внимание, кому экс-пресс-секретарь дала интервью. Не CNN. Не BBC. Карлсону. Человеку, который спокойно заходит в Кремль и разговаривает с Путиным. Это не случайность. Политологи уже заговорили: администрация Трампа через Карлсона и бывшую соратницу посылает сигнал киевскому режиму. Либо ты идёшь на мир (на условиях России). Либо мы тебя топим. Информационно, уголовно, полностью.

«Штаты дали Зеленскому чёрную метку. Его держат на поводке, и в любой момент этот поводок могут резко одернуть, превратив в петлю на шее» — так прокомментировал ситуацию политолог Владимир Корнилов.

Что это значит для Киева? Паника — только верхушка. Люди начинают понимать: если уж свои выносят сор из избы, значит, система трещит по швам. Мендель назвала Зеленского главным препятствием на пути к миру. Потому что завершение войны для него — политическое самоубийство. «Он придумает любое условие, чтобы конфликт продолжался».

История повторяется. Сначала Афганистан. Теперь — Украина. Как только союзник перестаёт быть полезным, его сливают. Вашингтон дал чёрную метку. Киев готовит отставку. Европа будет плакать, но примет. Развязка близко. И на этот раз её объявила не западная пресса, а свой же человек, который знает всё изнутри. Показательная порка получилась публичной и жестокой. Теперь в Киеве понимают: «свои» могут предать в любой момент. И предают.