Европа снова наращивает закупки российского газа на фоне кризиса ПХГ

Набить хранилища до запрета: почему Брюссель спешит купить последние партии

Подземные газовые хранилища Евросоюза заполнены чуть больше чем наполовину. К ноябрю нужно восстановить запасы, но сделать это почти невозможно. Цены растут, назревает новый кризис поставок. И тогда Брюссель вспомнил про российский газ.

С 1 января 2027 года вступает в силу запрет ЕС на импорт российского СПГ по долгосрочным контрактам. Поэтому Европа сейчас скупает всё, что может, — в первом полугодии с проекта «Ямал СПГ» выбрали практически весь объём. По данным Kpler, это 9,89 миллиона тонн, на 18% больше, чем за тот же период 2025-го. Urgewald подсчитала: заплатили за это около шести миллиардов евро. Торопятся успеть до конца года. О последствиях собственного эмбарго, похоже, не думают.

Провал ближневосточной альтернативы

После 2022-го Европа делала ставку на СПГ из Катара и ОАЭ. Но расчёт не оправдался. Конфликт в Персидском заливе перечеркнул планы. По оценке Международного энергетического агентства, производство в Катаре и ОАЭ в марте — июне сократилось почти на 80% год к году. Причина — повреждения инфраструктуры и проблемы с судоходством через Ормузский пролив.

За первые два квартала Старый Свет (включая Турцию) недополучил от пяти до восьми миллиардов кубометров. Это 10–15% годового импорта СПГ. И ситуация не улучшается. Конфликт затягивается, трейдеры ждут нового скачка цен. Даже если Катар восстановит стопроцентную мощность, выйдут на неё не скоро. Европе остаётся режим жёсткой экономии, указывает Евгений Сумароков, доцент Финансового университета при правительстве России.

Уже сейчас газ на хабе TTF стоит 50,6 евро за мегаватт-час. По спокойному сценарий диапазон 45–60 евро. Но если судоходство в Ормузе снова ограничат, а Катар не восстановит экспорт, котировки вернутся к 60–80 евро, прогнозирует аналитик Freedom Global Владимир Чернов.

Азия перебивает цену

Усугубляет ситуацию конкуренция с Азией. В июле закупки Китая, Японии и Южной Кореи могут вырасти до шестимесячного максимума — 23,05 миллиона тонн. Европейские — лишь 6,9 миллиона, двухлетний минимум. Азиаты активно забирают американские партии, которые иначе ушли бы в ЕС.

Европейцам придётся предлагать более высокую цену, чтобы перенаправлять танкеры к себе, поясняет Чернов. Но большинство азиатских газовых контрактов привязаны к нефти, которая дорожает в периоды нестабильности. Европа же ориентируется на спотовые цены TTF. В итоге азиаты платят больше и выигрывают.

Зимовать с полупустыми хранилищами никто не хочет. При тёплой погоде и стабильном импорте есть шанс растянуть запасы. Но рисков много: холода, аварии на норвежских месторождениях, новые блокировки Ормуза. Последствия — взлёт цен, удар по промышленности, дефицит электричества.

Российский СПГ на последнем вздохе

На этом фоне Европа снова хватается за российский газ. Пытаются закупить как можно больше до вступления в силу запрета. Но с 1 января 2027 года долгосрочные контракты на российский СПГ в ЕС будут под запретом. О том, чем замещать выпадающие объёмы, в Брюсселе, похоже, не задумываются.

Как отмечает доцент РЭУ имени Плеханова Павел Севостьянов, сказались несколько факторов: холодная зима, высокие темпы отбора газа, неблагоприятная ценовая конъюнктура. Подорожание из-за войны с Ираном ослабляет финансовую заинтересованность трейдеров в хранении топлива. И неопределённость с ближневосточными поставками сохраняется.

По прогнозам ACER, к ноябрю в лучшем случае запасы достигнут 75% — это близко к историческому минимуму. Но под вопросом: потребуется нарастить импорт СПГ минимум на 13% по сравнению с прошлым годом. А Ближний Восток не успокаивается.