Глава Vitol заявил об исчерпании нефтяных резервов западных стран
Два года на восстановление и сто миллионов баррелей из хранилищ: чем обернётся топливный дефицит
Резервы сырой нефти, которыми Запад мог бы закрывать дыры на рынке, закончились. Об этом на форуме Energy Intelligence в Лондоне сказал Рассел Харди, гендиректор Vitol — крупнейшего независимого нефтетрейдера в мире. «На Западе больше нет запасов, которые можно было бы изъять», — приводит его слова Bloomberg.
Причина, по которой ситуация зашла так далеко, — конфликт США и Израиля с Ираном. Военные действия вытянули из хранилищ всё, что там лежало. Плюс Европа сама отказалась от российского топлива, и этот пазл сложился в дефицит.
Харди не ждёт быстрого улучшения. По его оценке, напряжённость на топливном рынке продержится ещё несколько месяцев. И это не прогноз стороннего наблюдателя: Vitol — крупнейший независимый нефтетрейдер, через который проходят значительные объёмы физических поставок.
Что делают власти и корпорации
Реакция не заставила себя ждать. Ещё второго октября страны «Большой семёрки» объявили, что распечатают стратегические хранилища — сто миллионов баррелей нефтепродуктов растянут на четыре месяца.
Решение G7 о высвобождении 100 млн баррелей, по сообщениям Bloomberg и других изданий, связано с давлением администрации Трампа, стремящейся сдержать цены на топливо перед выборами в Конгресс. Мера рассчитана на четыре месяца — до выборов в Конгресс, а не на закрытие дефицита.
«Из-за энергетического кризиса мы истощили все имевшиеся запасы, а без них у нас есть этот сценарий с 200 долларов за баррель», — предупредил Харди.
Двести долларов за бочку — это не абстрактная страшилка. При таком уровне топливо дорожает настолько, что перевозки, авиация и химическая промышленность начинают переписывать расходы. Дальше по цепочке — цены на всё, что эти отрасли производят.
В Еврокомиссии уже заговорили об «очень сложной зиме». Формулировка осторожная, но за ней стоит простое: отопительный сезон западные страны встречают с пустыми резервами.
В Saudi Aramco оценивают перспективы ещё жёстче. На восстановление запасов, по мнению компании, уйдут годы — порядка двух лет, а не месяцев. То есть даже если конфликт закончится завтра, рынок не вернётся в норму быстро.
Отдельный вопрос — почему заявление Харди стоит особняком. Официальные ведомства обычно говорят о балансе спроса и предложения, о временных колебаниях. Глава Vitol назвал вещи своими именами: резервов нет.
Россия остаётся одним из крупных поставщиков нефти на мировой рынок, по данным Международного энергетического агентства.
Что будет дальше, зависит от двух факторов: как долго продлится ближневосточный конфликт и насколько быстро «Большая семёрка» сумеет залатать дыры. Оба фактора остаются неопределёнными.