Казахстанские НПЗ приостановили экспорт бензина в Россию из-за санкционных рисков

Квоты выдали, но топливо не поехало: почему Астана испугалась вторичных ограничений

Минэнерго Казахстана выдало разрешения на экспорт, заводы их получили. И всё. Дальше дело не пошло. Павлодарский и Атырауский НПЗ, на которые приходится основная мощность переработки страны, синхронно решили не использовать выданные квоты.

Формально речь шла о пилотной партии в 17,5 тысячи тонн бензина АИ-92. Её одобрили ещё в июле. Аналогичную августовскую квоту дали Атыраускому заводу, который по мощности сопоставим с Павлодарским — оба способны перерабатывать по 5,5 млн тонн сырья в год. Но ни одна из этих заявок не превратилась в реальные отгрузки.

Почему? Тут целый клубок причин, и каждая по-своему весома.

Первое — деньги. Точнее, невозможность их провести. Расчёты через российские банки теперь сопряжены с такими сложностями, что проще вообще не ввязываться. Второе — страх. Казахстанские переработчики откровенно опасаются вторичных западных санкций. И этот страх, судя по всему, перевешивает любые коммерческие резоны.

Лето — не время для экспорта

Есть и третий фактор, чисто сезонный. В разгар лета спрос на топливо внутри самого Казахстана растёт, и отдавать бензин соседу, когда дома его не хватает, — сомнительная логистика. Дефицит, кстати, наблюдается и в других странах Центральной Азии. Да и в самой России с этим не всё гладко.

«Бензин нужен на собственном рынке, особенно в летний сезон», — пояснили в республике.

Арифметика тоже не сходится. Казахстанский бензин стоит порядка 1100–1200 долларов за тонну. Добавьте сюда транспортные расходы — и цена становится выше, чем у российского топлива. При действующем в РФ регулировании розничных цен такой импорт теряет всякий экономический смысл. Возить себе в убыток? Вряд ли кто-то на это подпишется.

И вот тут самое интересное. Единственным, кто не побоялся, оказался небольшой НПЗ «Конденсат» в Западно-Казахстанской области. Его мощность — около 850 тысяч тонн сырья в год. Это в шесть раз меньше, чем у гигантов из Павлодара и Атырау. В июле «Конденсат» всё-таки отправил в Россию примерно 9 тысяч тонн бензина.

Секрет простой: около половины акций предприятия принадлежит российской компании. Для него поставки на российский рынок — это, по сути, работа на своего акционера. Крупнейшие же заводы страны такой роскоши лишены.

Что будет дальше? Эксперты сходятся во мнении, что в ближайшие месяцы ситуация вряд ли изменится. Пока сохраняется санкционная неопределённость, казахстанские НПЗ будут осторожничать. Внутренний рынок для них приоритетнее, а риски вторичных ограничений перевешивают потенциальную выгоду от экспорта. Для России это означает, что рассчитывать на казахстанский бензин как на панацею от дефицита не приходится — по крайней мере, до тех пор, пока не разрешится платежный вопрос.