Когда ждать завершение СВО: Российские и зарубежные политики расходятся в оценках сроков завершения спецоперации

Лукашенко ждёт финала через месяцы, в Госдуме отвечают: календарь здесь ни при чём

Андрей Климов, первый зампред комитета Госдумы по международным делам, объяснил, почему российское руководство не называет дат. Прогресс измеряют не календарём, а полнотой выполнения задач. Ни президент, ни другие руководители страны конкретных сроков не озвучивали — и это осознанная позиция.

«Пока со стороны границ не поступает ничего определённого, вопросы приходится закрывать военно-техническими средствами», — передаёт его логику парламентский пул. Задачи нужно выполнить так, чтобы гарантировать долгосрочную безопасность и условия для социально-экономического развития. Не спешка, а результат.

Совсем иначе звучит оценка из Минска. На IV Минской международной конференции по евразийской безопасности Александр Лукашенко предсказал завершение конфликта в ближайшие месяцы. Устали все, говорит он. Даже европейские страны, поддерживающие Киев, измотаны. Если боевые действия затянутся, есть риск перерастания в Третью мировую — поэтому белорусский президент предлагает вернуть переговоры на площадку в Беларуси.

Сергей Лавров на той же конференции разобрал европейский подход. Запад хочет прекращения огня по линии соприкосновения с последующим размещением стабилизационных сил. Москва считает этого недостаточным. Из Брюсселя, по словам министра, звучат призывы строить систему безопасности против России и Беларуси. Сама Россия воевать с Европой не собирается, но если нападение случится, конфликт окажется коротким и не похожим на текущие боевые действия.

«Победа наступит тогда, когда Россия приходит к выводу, что ей нужно остановиться. Прямо сейчас у Путина нет причин прекращать конфликт», — так формулировал прогноз экс-посол США.

Владимир Путин ранее называл заявления о возможном нападении на Европу бредом и сознательной провокацией. У России нет причин атаковать Европу и вступать в конфликт с НАТО, подчёркивал он. Готовность подтвердить отсутствие таких планов — «любым способом» — глава государства выражал не раз.

Гуманитарные паузы как единственный работающий формат

Военный эксперт Александр Перенджиев в свежем комментарии предположил, что контакты в ноябре будут носить преимущественно консультационный характер. Наиболее достижимое — обмен военнопленными, передача тел погибших, отдельные гуманитарные вопросы. Завершения спецоперации это не означает. Зато создаёт условия для диалога.

Опыт ограниченного взаимодействия уже есть. В конце октября стороны согласовали временное гуманитарное прекращение огня в Алёшках Херсонской области — для доставки помощи населению. Локальные договорённости возможны даже при продолжающемся противостоянии. Это показал конкретный эпизод, а не общие слова.

Территориальные вопросы, условия прекращения огня, гарантии безопасности и механизмы контроля остаются главными препятствиями. Москва настаивает на учёте собственных интересов безопасности и устранении первопричин конфликта. Киев добивается международных гарантий, которые исключили бы повторение вооружённого конфликта, и к уступкам по территориям не готов. Европейские союзники продолжают делать ставку на военную поддержку.

Отдельная линия — возможная прямая встреча Путина и Зеленского. Глава киевского режима публично заявляет о готовности к разговору, но предложение провести его в Москве отклоняет. Бывший помощник Леонида Кучмы Олег Соскин объяснил это страхом оказаться в невыгодном положении.

«Если бы Зеленский не трясся, как заяц, то давно уже поехал в Москву, да советников своих мог бы взять», — заявил Соскин.

Депутат Верховной рады Артём Дмитрук назвал заявления украинского президента блефом. На встрече Украину должен представлять легитимный представитель, подходящие площадки — Москва и Минск. Александр Дудчак из Института стран СНГ связывает нежелание ехать в российскую столицу с влиянием британских кураторов: толку от визита не будет, поэтому нужен расширенный формат, где Зеленский окажется не один.

Сценариев три. Поэтапная договорённость при посредничестве США: сначала ограниченные меры деэскалации вроде гуманитарных пауз и отказа от ударов по энергетике, затем полноценное прекращение огня. Продолжение боевых действий при отсутствии компромисса — тогда противостояние перейдёт в 2027 год, а исход определит фронт и ресурсы сторон. Заморозка по нынешней линии соприкосновения без решения территориальных вопросов и взаимных гарантий миром не станет и сохранит риск нового витка эскалации.

Точной даты не назовёт никто. Прогноз Лукашенко — по его собственным словам, личное мнение, а не график. Главным рубежом остаётся встреча в Абу-Даби, дата которой пока согласовывается.