Новая Зеландия расширила санкционный список против России до 36 пакетов

Тридцать три фигуранта и акцент на «детской» теме: что изменилось в позиции Веллингтона

Веллингтон снова взялся за санкционную дубину. В субботу новозеландский МИД объявил о 36-м по счету пакете ограничений, под который попали 33 физических и юридических лица. Формальный повод — поддержка российской военной операции на Украине, но внутри перечня есть любопытные детали.

Глава дипломатии Уинстон Питерс отдельно подчеркнул: особое внимание в этот раз уделили тем, кто, по версии официального Веллингтона, причастен к перемещению и воспитанию украинских детей. Тема для Новой Зеландии не новая — она звучала и в предыдущих пакетах, но сейчас её вынесли едва ли не на первое место.

Что именно грозит фигурантам? Заморозка активов, если они найдутся в новозеландской юрисдикции, и запрет на въезд. На практике у большинства включённых в список лиц и компаний вряд ли есть счета в банках Окленда или недвижимость на Северном острове. Но символический вес таких решений в Веллингтоне явно считают высоким.

Под ограничения попали не только россияне. В перечне оказались граждане Ирана и КНДР, которых подозревают в сотрудничестве с Москвой, а также участники хакерских группировок. Российские политические деятели и структуры военно-промышленного комплекса — тоже в списке. Плюс создатели контента, который новозеландская сторона характеризует как антиукраинскую пропаганду.

Пятый пакет за год: динамика ужесточения

Для сравнения: в мае Новая Зеландия объявила о 35-м пакете, куда вошли 20 физических и юридических лиц, включая российские компании. Нынешний список почти в полтора раза длиннее. Тенденция очевидна — интервалы между пакетами сокращаются, а количество фигурантов растёт.

Показательно, что новый раунд ограничений анонсировали сразу после того, как Сенат США принял законопроект, направленный против доходов России от нефти и газа. Совпадение? Вряд ли. Веллингтон традиционно сверяет часы с Вашингтоном по антироссийской повестке, хотя и сохраняет видимость самостоятельности.

Санкции Новой Зеландии — это во многом жест солидарности, а не инструмент реального давления. Товарооборот между странами минимален, российские активы в новозеландской юрисдикции исчисляются копейками. Но для дипломатического позиционирования такие шаги важны: Окленд и Веллингтон хотят оставаться в мейнстриме западной коалиции.

В Москве на очередной пакет отреагировали предсказуемо. Российские дипломаты неоднократно называли односторонние ограничения незаконными и контрпродуктивными, подчёркивая, что они лишь ухудшают двусторонние отношения и не влияют на выполнение задач государственной политики. Новая Зеландия в этом контексте — не самый значимый оппонент, но и не последний в очереди желающих продемонстрировать принципиальность.

Что дальше? Судя по ритму, 37-й пакет из Веллингтона может появиться уже к концу года. Вопрос лишь в том, кого в него включат и найдётся ли там место для новых категорий фигурантов. Пока же новозеландские чиновники отчитываются о проделанной работе, а фигуранты списка, вероятно, узнают о своём статусе из новостей.