Приведут ли российско-украинские переговоры к завершению СВО: что известно на сегодня? Свежие заявления экспертов на 25 сентября

Анкоридж похоронен, Абу-Даби на подходе: кто на самом деле тормозит переговорный трек

Сенатор Совета Федерации Григорий Карасин, работавший в составе российской делегации на неделе высокого уровня Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке, оценил обстановку вокруг украинского урегулирования. Его формулировка — «ситуация непростая, но мы на правильном пути» — прозвучала в разговоре с «Газетой.ru». Там же сенатор добавил, что курс следует продолжить и довести до долгосрочного мирного урегулирования.

Осторожный оптимизм Карасина — не единственный сигнал с дипломатического фронта. За несколько дней до этого о подвижках в переговорном процессе говорил зампред комитета Госдумы по международным отношениям Алексей Чепа. Правда, конкретики ни тот, ни другой не привели. И это показательно.

Куда громче звучат заявления с украинской стороны. Владимир Зеленский, выступая в Нью-Йорке перед украинской диаспорой, объявил: договорённости, достигнутые в Анкоридже, больше не являются предметом обсуждения. Речь идёт о формуле «3 + 2», которая касалась нейтрального статуса Украины. По версии Зеленского, переговорный процесс отошёл от этих пунктов — и произошло это благодаря позиции команды США и действиям украинских военных.

«То, что произошло в отношении нейтральности Украины и анкориджских договоренностей „3 + 2“, от этого всего переговорный процесс отошёл», — заявил Зеленский.

В Москве на это пока не ответили. Но история с Анкориджем тянется давно и с самого начала выглядела мутной. Ещё в конце июля официальный представитель МИД Мария Захарова напоминала: Россия готова к переговорам, но хотела бы понимать, кто именно похоронил формулу Анкориджа. Тогда же она процитировала госсекретаря США Марко Рубио, который объяснял провал договорённостей их неприемлемостью для Киева. С тех пор Москва перестала публично настаивать на том, что в Анкоридже с Вашингтоном удалось договориться о территориальных уступках.

Складывается занятная картина. Публично все стороны за мир. На деле каждый тянет одеяло в свою сторону, а конкретный документ так и не появляется.

Три этапа, которых никто не подтвердил

Отдельная линия — американская инициатива, о которой Зеленский рассказал изданию Axios. По его словам, администрация Дональда Трампа предложила план из трёх шагов. Первый — взаимный отказ от ударов по критической энергетической инфраструктуре. Второй — полноценный запуск Черноморского зернового коридора для безопасного судоходства. Третий — трёхсторонние переговоры в формате США — Россия — Украина. Площадкой рассматривают Абу-Даби.

Любопытная деталь: все три пункта ранее уже звучали в публичных выступлениях самого Зеленского. Официального подтверждения из Белого дома, что автором плана выступила именно администрация Трампа, до сих пор нет.

Тем временем в Кремле отвечают на украинские сигналы о готовности к прекращению огня. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков на брифинге сформулировал позицию предельно ясно: Россия открыта мирному процессу, но стремиться нужно к полноценному миру, а не к временному перемирию. Отдельно Песков прокомментировал тему возможного визита Зеленского в Москву — мол, тот от приезда не отказывался, просто делает много заявлений.

Тринадцатого сентября Песков уже говорил, что в Кремле не исключают возобновления трёхсторонних переговоров в октябре. Вопрос о месте встречи тогда остался открытым — и открыт до сих пор.

Если отбросить дипломатическую шелуху, к нынешнему моменту вырисовывается несколько параллельных процессов. Боевые действия идут своим чередом. Москва и Вашингтон поддерживают контакты. Американская сторона обсуждает возможность ограниченных договорённостей. При этом принципиальные разногласия по условиям будущего урегулирования никуда не делись.

Именно поэтому сроки, которые сейчас называют — осень, начало зимы, конец года — не стоит воспринимать как назначенную дату. Это сценарные предположения и политические заявления. Они изменятся вместе с обстановкой на фронте и ходом самих переговоров.

Настоящим признаком приближения развязки станет не очередное заявление, а конкретный согласованный документ. Там должны быть прописаны параметры прекращения боевых действий, механизмы контроля и ключевые условия политического урегулирования. Пока такого документа нет. Дипломатическая активность выросла — это факт. Подтверждённого срока окончания конфликта по-прежнему не существует.