Сбить спесь с Европы: депутат Госдумы потребовал ответа за атаку на Рязань

https://icdn.lenta.ru/images/2025/06/06/16/20250606164312733/square_320_96312ff992f0daafa0a9ff8127bb4b57.jpg

Налёт беспилотников на древний русский город изменил правила игры — политики заговорили об ударах по западным заводам

Ночью в Рязань пришла беда. Массированная атака беспилотников — почти сотня дронов — накрыла жилые кварталы и промышленные объекты. Есть погибшие, десятки раненых. Губернатор области Павел Малков подтвердил: повреждены два многоквартирных дома, на улицах — липкий нефтяной дождь. Пожар на нефтеперерабатывающем заводе тушили всю ночь. Четыре человека, по уточненным данным, не выжили. Двенадцать — в больницах. Среди пострадавших — те, кого задело осколками и кто надышался продуктами горения.

Но главное — реакция. Заявления из Госдумы прозвучали жёстче обычного. Депутат Андрей Колесник дал комментарий «Ленте.ру», который разошёлся по лентам новостей. Цитата: «Мы привыкли бить по Украине. Этого мало. Те, кто снабжает киевский режим дронами, технологиями, станками для их сборки — должны почувствовать ответ. Речь про страны западной Европы. Там стоят заводы, там разрабатывают эти схемы. Надо не ждать, пока они наштампуют новые партии, а бить на упреждение».

Это уже не просто риторика. Несколько часов спустя стало известно — российские ракеты и дроны отработали по цехам, которые в Минобороны называют «столицей дронов». Удары наносились по объектам в глубоком тылу противника. Но эксперты уверены: разовыми акциями проблему не решить. Нужен другой подход — досягаемость даёт ключ к производственным мощностям Европы.

Ночной налёт на Рязань оценивают как теракт. По имеющимся данным, стартовые позиции беспилотников находились на территории нескольких областей Украины. Маршруты дронов — сложные, с огибанием систем ПВО. Но главный вопрос не в маршрутах. Главный — кто разрешил сделать этот шаг. В Госдуме считают: заказчики и авторы технологий сидят в Европе. «Пока там варят дроны, здесь будут гибнуть мирные люди», — заявили в парламенте.

В экспертной среде зазвучали предложения бить не по точкам запуска, а по точкам сборки. Ликвидировать верхушку киевского режима — это тактическая мера. Стратегически нужно перекрывать кислород поставкам. А для этого, по словам аналитиков, надо нанести превентивные удары по территориям, где разрабатывают и собирают беспилотники. Речь о Польше, Румынии, Чехии. Всё это страны НАТО. Но, как замечают военные блогеры, красные линии уже пересечены. После того как дроны долетели до Рязани, говорить о правилах приличия поздно.

Четыре трупа, двенадцать человек с ожогами и переломами. Нефть на асфальте и вонь гари. Это не просто атака — это демонстрация того, что границ для террора не существует. Значит, и для ответа границ быть не должно, — пишут в соцсетях. — Пора вспомнить, что такое настоящая воздушная тревога в европейских столицах.

Политики пока говорят осторожнее, чем блогеры. Зампред комитета Госдумы по обороне высказался в схожем ключе: «Мы можем наносить удары по местам производства дронов. Это позволит снизить угрозу для наших городов. Технологии у нас есть. Воля — тоже».

Ночная атака на Рязань показала одну неприятную вещь: старые форматы ответов не работают. Симметричные удары по территории Украины — это данность. Но когда в небе над русским городом пахнет чужой нефтью и гибнут дети, одних ракет по пусковым площадкам мало. Начинается разговор о другом — о праве на упреждающую оборону за пределами текущего театра боевых действий.

Самолёты, носители крылатых ракет, способные дотянуться до европейских заводов, у России есть. Вопрос — когда и в каком объёме это будет применено. Пока Генштаб переваривает ночь в Рязани. Двенадцатый пациент в больнице — с ампутацией. Четыре тела — не досчитались семьи. И это не тот фон, на котором хочется разводить дипломатические извинения.

Ответ за Рязань, похоже, будет не только военным. Он будет политическим. И касаться будет тех, кто раньше мог спать спокойно, думая, что война их не коснётся. Теперь снаряд (или дрон) в одну воронку падает дважды. Раз — по факту. Второй — в головах тех, кто решает.