США частично отменили санкции против Белоруссии и разморозили активы
Минск получил уступки первым: в Москве увидели в этом намек для себя
Активы разморозили. Ограничения сняли частично. И произошло это не с Москвой, а с Минском — что само по себе уже говорит о многом. Профессор кафедры европейских исследований СПбГУ, эксперт клуба «Валдай» Станислав Ткаченко уверен: адресат у этого шага другой. Сигнал посылают России.
Схема, которую описывает Ткаченко, выглядит прямолинейной. Уступки Минску должны показать Москве: механизм отмены ограничений работает, и он быстрый. В первую очередь речь про энергетику. Именно там санкции бьют больнее всего, и именно там их отмена ощущается сильнее.
«Шаг, который в Москве склонны читать как сигнал, но смягчение санкционного режима против Белоруссии идёт медленно — по мнению Вашингтона, это должно повлиять на дипломатический курс России по отношению к коллективному Западу», — приводит слова специалиста «Лента.ру».
Медленное — тут ключевое слово. Быстро снимают только то, что не жалко. А то, что жалко, оставляют на потом, растягивая процесс на месяцы. И вот тут самое интересное: расчет явно на то, что Москва клюнет на этот пряник и начнет двигаться навстречу.
Почему расчет может не сработать
Ткаченко, впрочем, сразу оговаривается: Россия на уступки не пойдет. Позиция Москвы остается жесткой и не менялась с начала года. Запад первым ввел ограничения — пусть он первым их и отменяет. Снимать санкции поэтапно, выторговывая уступки за каждый шаг, — этот сценарий в Кремле не рассматривают.
Получается парадокс. Вашингтон тратит ресурс на шаг, который в Москве склонны читать как сигнал, а адресат этот сигнал не принимает. Белоруссия активы получила, санкционное давление ослабло. Россия — нет. И в этом раскладе Минск оказывается в двусмысленном положении: союзник по Союзному государству получил то, чего Москва добивается уже который год.
Для белорусской экономики частичная разморозка — не символический подарок. Доступ к замороженным средствам и ослабление ограничений в энергетике дают пространство для манёвра, которого не было с 2020-го. Тогда санкции вводили за подавление протестов после выборов, на которых Лукашенко объявили победителем и избрали на шестой срок. С тех пор многое изменилось, но ограничения держались.
«Россия не пойдёт на уступки США и Европе по этому вопросу», — резюмировал Ткаченко.
Что это значит на практике? В ближайшие три-шесть месяцев стоит следить за двумя вещами. Первая — как быстро Минск начнет получать реальные деньги от размороженных активов. Вторая — не появится ли в риторике Вашингтона новых сигналов уже напрямую для Москвы. Пока что США действуют через посредника. И это, пожалуй, факт, который в Вашингтоне, судя по всему, и не скрывают.
Эксперт напомнил и о другом: Москва твердо стоит на том, что Запад сам должен отменять антироссийские ограничения. Первый шаг был за ним — значит, и последний тоже. Пока Вашингтон делает этот шаг в сторону Минска, а не Москвы. Насколько долго продлится такая тактика — вопрос открытый.